Книга Брат подруги. Назови меня своей, страница 97 – Мария Абдулова

— Почему… - протягиваю тоненько под аккомпанемент влажных шлепков. - Тамерлан, почему ты… Ох, ещё!... Молчал… Зачем… С ними…

Мозги от каждого толчка всё больше плавятся и вместо нормального предложения выдаю что-то бессвязное, но Баграев всё равно меня понимает.

— Потому что… Только с тобой, Маруся… - наклоняется и принимается выцеловывать на груди лишь ему известные символы, не останавливаясь. - Не могу удержаться… Позволяю себе… Вот так… Тебя.

Руки от резких толчков в бешеном ритме скользят по столу, и как бы я не пыталась удержаться, всё безуспешно. Слишком его напор силён. И Тамерлан, на миг выйдя, легко и ловко переворачивает меня на живот, дразнит, потеревшись о попу, и снова входит одним толчком, тем самым решив проблему и подарив ещё больше острых ощущений из-за смены угла проникновения.

— Ооо… - стону в голос, закатывая глаза от новой, совершенно неудержимой волны наслаждения и забыв о необходимости быть тихой.

— Тшш, Ласточка, - хрипит на ухо.

— Ах… Я не мо…

Не успеваю договорить, как рот накрывает сильная ладонь, он, стремительно двигаясь, наваливается сзади, распластывая меня по столу и буквально запечатывая между собой и им, и… И мы сливаемся, как я и жаждала, в одно целое.

Его так много - и внутри, и снаружи, а толчки во мне такие безудержные, необузданные и исступленные, что реальность идёт трещинами и меня спустя какое-то время вновь уносит из неё первой. Прошивает от макушки до пят сладкой дрожью. Выключает сокрушительном взрывом эйфории.

Тамерлан следует за мной, успев выйти за миллисекунды до финала. Придавливает сверху, сотрясается в оргазме, и, с хриплым стоном выдохнув мне что-то в затылок, изливается на ягодицы.

И это то самое мгновение, за которое я бы, не думая, продала душу дьяволу. Лишь бы оно не заканчивалось. Лишь бы чувствовать на себе его влагу и тяжесть бесконечно. Но этот мир, кажется, не только бог покинул, но и правитель ада тоже, потому что очень скоро мужчина отстраняется, оставляя меня обессиленную и отлюбленную до состояния “пьяна без вина” лежать на столе лицом вниз.

Слышу как вжикает молния, как звенит бляшка ремня и как что-то едва слышно шелестит, а потом ощущаю прикосновение чем-то мягким, судя по всему, салфеткой к пятой точке. Наверное, случись подобное на начальном этапе наших отношений, то я бы сгорела от стыда, а сейчас, спустя столько времени, позволяю сделать с собой всё что только ему вздумается.

— Ты как?

Тамерлан, подняв меня, разворачивает к себе, опускает подол платья, а его верх наоборот поднимает, возвращая лямки на положенные им места. Смотрит сыто и в то же время с таким подозрительным, многозначительным огоньком, что невольно приходит на ум мысль о том, что не будь мы в этих обстоятельствах, то от второго захода мне было бы не отвертеться.

— Кхм-кхм… - после всего произошедшего горло саднит и голос звучит заметно хрипло. - Как женщина, соблазнившая своего мужчину в его рабочем кабинете.

— Сумасшедшая, - низко, довольно смеётся, притягивая меня к себе и целуя в уголок опухших губ.

— Нет, всего лишь влюблённая по уши.

Прижавшись к нему, жду, что хотя бы сейчас услышу что-нибудь в ответ, но вместо этого он снова целует, а потом, взяв мою руку в свою, вытягивает её и, достав из кармана брюк что-то блестящее, прикладывает к запястью.