Книга Олд мани 2. Наследник, страница 130 – Яна Голд

Мы поднялись на лифте на десятый этаж и замерли перед одной из дверей.

— Ты не волнуешься? – задал вопрос Марк перед тем, как позвонить в дверь.

— Вот сейчас ты спросил и начала волноваться, – немного нервно отшутилась я.

— Не бойся. В этом доме ты еще до знакомства стала желанным гостем, – заверил он и нажал на звонок.

Вслед за мелодичной трелью раздались шаги. Щелкнул замок. Дверь распахнулась, и на пороге появилась женщина, при виде которой я подумала: «кажется, мы уже знакомы».

Через пару секунд я поняла, что заблуждаюсь – на самом деле я просто привыкла видеть похожее лицо рядом с собой. Так и хотелось перевести взгляд на Марка, а потом на его маму и в шутку спросить: «А вы случайно не родственники?». Не сказать, что они похожи, как две капли воды… Нет. Но даже с поправкой на пол, возраст и размах плеч, сходство было очевидно.

Мама моего мужчины выглядела холеной и строгой за счет каре, собранного в низкий хвост, и профессионально сканирующего взгляда.

Марк шагнул через порог и без лишних слов обнял ее.

Его мама прижалась щекой к крепкому плечу сына и буквально на мгновение закрыла глаза. Как будто эта секунда могла компенсировать те годы, которые им пришлось провести в разлуке друг с другом.

Каково ей было? Отпустить собственного сына в другую страну к человеку, который так и не стал ей мужем, но и не отказался от своей ответственности. Должно быть, это больно. Но она как-то сумела взять себя в руки и не растерять те крупицы, которые остались от ее жизни. Вышла замуж, родила дочь, продолжила летать. А сейчас обнимала уже взрослого сына, который рос в совершенно других условиях, но каким-то образом сумел сохранить русскую душу и не забыть свою мать.

— Я скучала, – вместо приветствий сказала она Марку, а потом отстранилась и перевела взгляд на меня.

— Теона, я столько всего о тебе слышала, что кажется, ты уже живешь с нами. Дочь вчера все уши прожужжала. Сын не был так многословен, но то, что ты тут, уже о многом говорит. Проходи. Не стесняйся, – деловито поторопила она. – Я Марина.

— Очень приятно, – улыбнулась я.

Мне нравились открытые люди, а мать Марка, кажется, еще и была экстравертом. С такими людьми вообще не соскучишься. Они в два счета заговорят тебя и утащат в свой энергичный хоровод.

Не успели мы разуться, как в коридор влетел еще один вихрь под названием Милена. Сестра Марка потеснила свою маму и кинулась ко мне в объятия, игнорируя брата.

— С ума сойти, – выдохнула она. – Моя любимая писательница у меня дома.

— Я тоже рад тебя видеть, сестренка, – насмешливо сказал Марк.

— Дай хоть ребятам войти для начала, – напомнила Марина своей дочери.

В ее интонации не было ни раздражения, ни строгости. Только материнская невозмутимость, которая появляется, когда долгие годы учишься направлять ураган в нужную сторону вместо того, чтобы пытаться его остановить.

Милена отбила «пять» Марку и отступила, давая нам войти.

Я слышала, что в сталинских домах нередко встречались коммунальные квартиры, но здесь из атрибутов прошлого оставались только высокие потолки и паркет елочкой. В остальном – современный ремонт по всем последним канонам дизайна. Светло, просторно и уютно.

За ужином мое первое впечатление подтвердилось – Марина оказалась из тех людей, рядом с которыми молчать не получалось при всем желании. Не было ощущения, что говорит только она, но именно мать Марка задавала тон всей дискуссии. Она была активной, искренне интересовалась всем происходящим, поэтому разговор как-то сразу набрал скорость и не сбавлял обороты.