Книга Олд мани 2. Наследник, страница 129 – Яна Голд

Марк принял вызов, включил громкую связь и отложил телефон на стол. Из динамика донесся энергичный голос Милены.

— Ну что, вы решили? Приедете сегодня? – без лишних предисловий спросила она.

— И тебе привет, сестренка, – уголки губ Марка дрогнули в насмешливой улыбке.

— Привет, привет! И Теоне привет, если она рядом.

— Доброе утро, Милен, – вмешалась я.

— Тео, хотя бы ты ответь, вас сегодня ждать? – с драматичным надрывом спросила сестра Марка.

Мой жених перевел на меня взгляд, вскинув брови в немом вопросе. Я так же без слов кивнула в ответ.

— Сегодня ждите на ужин, – ответил за нас двоих он.

Из динамика донесся радостный визг – такой мощный, что вполне мог оглушить, если бы Марк держал телефон рядом с ухом. Мужчина моего сердца с невозмутимым спокойствием переждал звуковую атаку и добавил:

— Я тоже рад, сестренка.

— Во сколько вы будете? – задала вполне рациональный вопрос Милена после эмоциональной вспышки.

— Давай к семи, – предложил Марк.

— Супер! Сейчас скажу маме.

Связь оборвалась. Видимо, Милена не посчитала нужным прощаться, учитывая, что мы и так встретимся вечером.

Марк погасил экран телефона, наклонил голову и улыбнулся мне.

— Готовься. Вечером моя сестра затискает тебя до смерти.

— Я как-нибудь переживу, – засмеялась я, вспоминая этот юный ураган с розовыми прядями. – Ты же знаешь, у меня хорошая закалка. Вчера на книжной выставке человек триста пытались сделать то же самое. Как видишь, жива.

* * *

Я не спрашивала, где именно живет мама моего мужчины, да и вызовом машины занимался Марк. Каково же было мое удивление, когда автомобиль притормозил у одной из семи сталинских высоток.

— Да ладно? Твоя семья живет здесь? – спросила я, разглядывая строгие формы здания. – Я столько раз ходила мимо… Всю жизнь прожила в Москве, но ни разу не была внутри.

Кажется, в этот момент я смотрела на высотку на Кудринской площади новыми глазами. Сложно сосчитать, сколько раз я видела это здание – во время похода в зоопарк с родителями или когда мы в студенчестве наматывали с одногруппницами километры по Новому Арбату или Патриаршим. Знаменитые «семь сестер» всегда казались неизменной декорацией, вросшей в городской ландшафт. Они были памятной открыткой из советского прошлого. Визитной карточкой нашего города. В моих глазах они обладали такой же монументальностью, как Кремль или Храм Василия Блаженного. В голове не укладывалось, что за этими стенами кто-то варит суп, смотрит новости и ругается на соседей. Если там кто-то и есть, то они явно из числа небожителей. По крайней мере, так я считала в детстве.

— Все когда-то бывает в первый раз, – философски заметил Марк.

Он вышел из машины, открыл передо мной дверь и подал руку.

— Ты здесь провел детство?

— Нет, увы. Мы жили в бабушкиной квартире рядом с Филевским парком. А тут квартира маминого супруга, – сказал Марк, открывая передо мной тяжелую деревянную дверь. – У него прадед был летчиком-испытателем, получил за заслуги. Это же «дом авиаторов».

Человека, привыкшего к помпезному убранству в московском метро, сложно удивить советским размахом. Но все-таки в этот момент любопытство шло впереди меня. Внутри за строгими линиями фасада скрывались мраморные колонны с лепниной, стеклянные витражи над лифтами и огромные светильники в виде канделябров. Язык не поворачивался назвать этот подъезд обычным. Что ни говори, а гигантомания, стандартная для той эпохи, здесь присутствовала в избытке.