Онлайн книга «Мой железный босс. Любовь вопреки»
|
И вот тут у меня в глазах темнеет так, как ещё ни разу не темнело за весь этот вечер... а то и за всю жизнь. Что я натворил?! — Аврора… — зову её и сам понимаю, что голос слегка дрожит. — Почему ты не сказала?! Тут же осознаю, что это самый идиотский вопрос из всех возможных. А ты бы ей поверил? Нет, ты бы не поверил. Ты своими глазами видел её с другим… Как такое вообще могло выйти… Мысли разбегаются, ни одну не получается додумать до конца, и я отбрасываю все размышления на потом. Позже. Я разберусь со всем этим позже. Сейчас… Что мне делать сейчас?! Я ничего не понимаю! Сейчас надо попробовать исправить то, что произошло. В конце концов, теперь-то обратного пути всё равно нет. Повожу плечами, застёгиваю брюки. Ладно. Ничего. Сейчас я… — Ты закончил? От абсолютно механической, почти мёртвой интонации я даже не сразу понимаю смысл прозвучавшего вопроса. — Что? Аврора отцепляет одну руку от столешницы, скованно тянет вниз подол юбки. Наклоняется, поднимает разорванное бельё. Смотрит на него секунду без всякого выражения на лице, потом, скомкав, сжимает в кулаке. — Полагаю, на этом всё, Феликс Эдмундович, — говорит с той же интонацией, и мне против воли становится не по себе. — Аврора, ты… — Я ухожу, — она делает шаг вперёд, мимо меня. Что?! С какой стати? Заступаю ей дорогу. — Куда ты собралась? — смотрю на неё, не понимая. — Вы получили то, что хотели, — она качает головой. — Дальше без меня. — Ты никуда не пойдёшь, — цежу мрачно. — Сначала мы с тобой поговорим! И ты объяснишь мне, какого чёрта получилось то… что получилось! — Имеете в виду, как так вышло, что вы меня изнасиловали? — она поднимает на меня глаза, и этот взгляд вместе со словами действует как удар в корпус, вышибающий весь воздух из лёгких. — Я тебя не… — задохнувшись, не могу договорить фразу. — Я предпочитаю называть вещи своими именами, Феликс Эдмундович. То, что вы сейчас совершили, называется изнасилование. Половой контакт без ясно выраженного на то согласия женщины. Я не собираюсь писать заявление, если вы об этом переживаете. Только заявление на увольнение. Снова идёт вперёд, я снова преграждаю ей дорогу. — Я тебя не отпускаю! — Вы меня отпустите, — она качает головой. — Я же предательница. Алчная тварь. Опытная шлюха. Лгунья и шпионка. Всё вспомнила? Ах, да. Мне придётся долго каяться в моих грехах… — Замолчи! — рявкаю, чувствуя, как начинает тянуть в груди с каждым следующим словом, делаю шаг к ней. И застываю, увидев, как она вздрагивает. По-настоящему вздрагивает и чуть отшатывается назад. Не надо было повышать голос. Я тороплю события. Просто нужно действовать по-другому. Нужно… всё продумать. Никуда она от меня не денется. Не теперь, когда выяснилось… то, что выяснилось! — Аврора, — старательно смягчаю интонацию, хотя выходит не очень, — всё получилось неудачно, признаю. Но я со всем разберусь, и мы…. — Неудачно?! — она вдруг испускает истерический смешок. — С чем вы собрались разбираться?! Какое ещё «мы»?! Не существует никакого «мы», Феликс Эдмундович! Есть вы, владелец многомиллионного состояния, глава огромного холдинга! Человек, которому плевать на чувства других. Человек, для которого существует только бизнес, договоры и деньги! И есть я, ваша бывшая невеста, которую вы вышвырнули с позором, поверив… |