Онлайн книга «Мой железный босс. Любовь вопреки»
|
Какого хрена вместо этого я стою спиной к ней и продолжаю думать о том, как она улыбалась другому?! — Ты сейчас переходишь границу, — делаю последнюю попытку справиться с собой. — Правда? А где именно у нас сегодня проходит граница, Феликс Эдмундович? Между залом и кабинетом? Между приказом и хамством? Между прошлым и настоящим? — Хватит. — Или между мужчиной, который бесится от одного моего лишнего взгляда, и сволочью, которой абсолютно на всё насрать?! Разворачиваюсь так, что любой другой отшатнулся бы назад. Но не эта ведьма! Которая смотрит прямо на меня. Дышит быстро, но стоит на месте. И этим добивает окончательно. Ревность выворачивает суставы, сдирает кожу до мяса, жжёт в груди… А Аврора улыбается. Господи, она улыбается. Метнувшись к ней, стискиваю её за плечи, встряхиваю с силой, так, что она вскрикивает — лишь бы стереть эту улыбку с её лица. — Я достаточно долго терпел, куколка! — дыхание сбивается к чёрту, в глазах плывут круги. — Достаточно! Но теперь… хватит с меня! — Отпусти меня! — она дёргается. — Ты делаешь мне больно! — А я хочу сделать тебе больно! — хриплю, подавшись вперёд, с силой провожу ладонями по её плечам, дохожу до шеи, но не сжимаю, только крепко обхватываю. В глазах у неё что-то мелькает, но я не успеваю понять, что именно, да и не хочу понимать. Боится? Прекрасно, пусть боится! Хотя сомневаюсь… такие, как она, не боятся… — Пусти, Феликс! — повторяет Аврора, но голос немного подрагивает. И я отпускаю…. шею. И толкаю её к столу, разворачивая к себе спиной, прижимая к нему и не давая двигаться. — Ты же весь вечер так этого хотела… — не до конца понимаю, что говорю, голова кружится от её запаха, от тёплого тела рядом со мной. — Или даже дольше? — Я ничего не хотела! — Не ври мне! Всё это время… все её слова. Она ждала, что я предъявлю свои права на неё? Заявлю, что она моя? — Раз уж тебе так хочется… — шиплю ей на ухо, дёргая ремень брюк. Накрывает волной, тёмной, жёсткой, желанием, которое я не могу — не хочу! — сдерживать. С меня хватит её слов. Её попыток снова выскользнуть из моих рук, как тогда. Если ей так хочется напомнить, что я считаю её своей — пусть увидит, насколько она права! — Феликс, не надо, пожалуйста… — последнее, что я слышу, уже когда задираю юбку этого её блядского платья и дёргаю вниз трусы, порвав их нахрен. И врываюсь в неё одним толчком. Сразу. С силой. Присвоить, отомстить, показать, что она никто! Что она ничего для меня не значит! Что она… И слышу вскрик боли. Не наигранный. Не страстный, когда боль смешивается с удовольствием. Опускаю взгляд вниз, отодвигаясь, и машинально касаюсь кожи, окрасившейся красным. Нет. Нет. Нет, не может этого… — Нет… — выдавливаю вслух, в шоке глядя на кровь на своих пальцах. — Нет, это же… Что я сделал с ней?! Мозг лихорадочно перебирает варианты. Это всё подстроено? Она подстроила?! Господи, ей же… сколько, двадцать шесть? Двадцать семь? Она… не могла быть невинна… Не могла! Она что-то сделала с собой, восстановила… Делаю шаг в сторону, собираясь посмотреть ей в глаза. И застываю. Аврора вцепилась в край стола. Побелевшие пальцы сжаты так, что кажется — никогда не разожмутся. А лицо… лицо абсолютно пустое. Никаких эмоций. Ничего. Только из-под закрытых век медленно, беззвучно по щекам ползут две слезы. |