Книга Развод: Проживу без тебя!, страница 69 – Зина Зиночкина

— Доброе утро, Варечка, — пропела она, увидев меня. Её глаза, маленькие и хитрые, масляно блеснули. — Соседствуешь? А я вот решила… зачем на дядю работать, когда можно самой? Решила людям настоящую еду дать, народную. По доступным ценам, а не по твоим… «ресторанным».

Я медленно зашла за свой прилавок. Мой отполированный Артуром бук казался сейчас слишком хрупким против этой розовой пластиковой крепости. На витрине Петровны стояли торты. Уродливые, узнаваемые копии моих десертов. «Вишня в снегу» вместо моей «Зимней вишни», капкейки, украшенные жирными розами из растительных сливок.

— Это мои рецепты, Светлана Петровна, — тихо сказала я, открывая свой холодильник. — Те самые, что я отрабатывала в подсобке, когда вы просили «сделать что-то эдакое для своих».

— Рецепты? — Петровна громко рассмеялась, привлекая внимание первых посетителей. — Мука, сахар и яйца — это общая собственность, Варя. А то, что ты там себе напридумывала… Посмотри на ценники. У меня торт — пятьсот рублей. У тебя — полторы тысячи. Как думаешь, к кому пойдет простая женщина из нашего района? К тебе, «звезде» с медными волосами, или ко мне, честной хозяйке?

Она была права в одном: цена била наповал. Люди в «Спутнике» не были богачами. Они считали каждую сотню. Я видела, как покупатели останавливались у моего островка, вдыхали аромат настоящей корицы, смотрели на мои карамельные ландыши… а потом переводили взгляд на ценники Петровны и уходили к розовому прилавку.

К полудню у «Сладкого Рая» выстроилась очередь. Петровна торжествовала. Она упаковывала свои маргариновые поделки в дешевый картон, не забывая громко комментировать:

— Берите, берите! У нас всё свежее, без лишних понтов! Мы за честную торговлю, а не за золото на бисквитах!

Внутри меня поднималась холодная, колючая обида. Мне хотелось крикнуть, что её крем — это яд, что её бисквиты пахнут содой, а не радостью. Я сжала кулаки так, что ногти впились в ладони.

«Качество — это тишина», — всплыл в голове голос бабушки Зины. — «Подделка всегда орет, Варенька. Потому что ей страшно, что её раскусят».

Я глубоко вдохнула. Достала из-под прилавка большой нож и доску. Взяла один из своих тортов «Зимняя вишня» — тот, в который я вчера вложила три часа труда и лучший бельгийский шоколад.

Я начала резать его на крошечные, ювелирные кусочки.

— Уважаемые покупатели! — мой голос прозвучал чисто и уверенно, перекрывая базарный гул Петровны. — В честь понедельника у нас открытая дегустация. Не верьте цене. Верьте своему вкусу. Просто попробуйте. Один кусочек — бесплатно.

Люди в очереди у Петровны начали оглядываться. Одна женщина, с сомнением державшая в руках коробку от «Сладкого Рая», подошла первой. Она взяла шпажку с моим бисквитом. Положила в рот.

Я видела, как изменилось её лицо. Сначала — недоверие, потом — удивление, и наконец — то самое замирание, которое бывает только тогда, когда человек пробует что-то по-настоящему прекрасное.

— Боже мой… — выдохнула она. — Он же… он же тает. А вишня… она как настоящая, терпкая.

— Потому что это и есть настоящая вишня в коньяке, — улыбнулась я. — А крем сделан из сливок, которые еще вчера были в фермерском хозяйстве, а не из порошка в банке.

К моему островку потянулись руки. Петровна за прилавком позеленела.