Книга Инквизитор. Охотник на попаданцев 3, страница 32 – Миф Базаров

Перрон поплыл назад, состав набрал ход на ровном полотне Пестовской железной дороги, окно превратилось в смазанную ленту. Сухой «Серов» с его жёлтой гостиницей «Звёздная» и запахом эвкалипта ушёл за спину. Пётр уснул сразу, как сел, привалившись головой к стенке, и спал так всю ночь, не шевелясь.

«Павловск» проскочили уже поздней ночью. В нулевое кольцо — колонию «Точка» — въехали под утро и тут же отметили это дело чаем и плотным завтраком, заказанным в вагоне-ресторане.

Пётр уплетал за двоих, даже не помню, чтобы у старика был такой аппетит.

Маша смотрела в окно на налитые плодами сады колоний и молчала.

К полудню прибыли в Новогородск.

Я понял, что что-то не так, ещё до того, как поезд подъехал к перрону.

Охраны было вдвое больше обычного. На выходе из поезда нас встретили двое стажёров в серых плащах и сразу отвезли в управление.

При подъезде к главному зданию я насчитал две роты оцепления. А у входа проверяли документы не местные стрелки, а имперские гусары. Элита из элит, а по совместительству личная охрана императорской семьи.

— Игорь, — тихо сказала Маша. — Гусары.

— Вижу, — отозвался я и посмотрел на Петра.

— Кто-то из дворца приехал, — буднично сказал он.

— Или Софья Михайловна из Гатчины в колонии наведалась.

Мы подошли. Гусары пропустили без лишней строгости.

В здании управления было тоже людно, гулко, нервно — все ходили быстрее обычного, говорили тише.

В центральном зале, внимательно смотря на всех вошедших в зал, стоял Пономаренко. Как только увидел меня, тут же расплылся в довольной улыбке.

— Игорь Юрьевич, — спокойным ровным голосом сказал мой непосредственный гатчинский начальник, — а мы вас уже заждались.

— Евгений Анатольевич, — я коротко кивнул.

Заметил, как рука непроизвольно потянулась к пуговице на мундире, но он одёрнул себя в последний момент, засунув руки в карманы. Повернулся в сторону наставника, кивнул.

— Пётр Христофорович, премного наслышан о вас. Иван Иванович Филипенко ждёт с докладом.

Пётр выпрямился, насколько мог, и буркнул себе под нос:

— Вот тебе и доложил. Гора сама к Магомету пришла.

Наставник удалился, оставив нас с Марией наедине с Пономаренко. Тот бросил взгляд от меня в сторону Маши и прикусил нижнюю губу.

— Адепт Черкасова, с вас путевой отчёт: маршрут, расход средств и артефактов. Через два часа жду на столе.

Маша кивнула и проследовала за вторым сопровождающим.

Я остался с Пономаренко один на один под сводом центрального зала управления.

— Евгений Анатольевич, а вы тут какими судьбами оказались?

— Я тут работаю, — он невольно скривился.

— Сослали подальше от столицы, — не смог удержаться я.

Начальник опять потянулся к пуговице, но на этот раз дотронулся до неё, несколько раз качнул и только потом одёрнул руку.

— А… вы ещё не знаете, — довольно улыбнулся он. — Меня повысили, теперь я начальник колониального отдела внешнего кольца инквизиции.

— Поздравляю, — я не смог сдержать улыбки.

— А с вас, Воронов, оперативный — по существу, что произошло после вашего отбытия из Петербурга. К вечеру жду. Утром совещание, не опаздывайте.

— Разрешите выполнять.

— Идите, вам выделен кабинет на третьем этаже западного крыла.

Пономаренко заметил приближающегося к нам стажёра, который провожал Петра, подозвал его жестом и велел проводить в мой новый кабинет.