Книга Инквизитор. Охотник на попаданцев 4, страница 26 – Миф Базаров

— И раз мы работаем совместно, — добавил Пономаренко, — извольте сообщить, где адепт Черкасова.

— Нет.

— Как мне с вами работать, если вы мне не доверяете?

— Так надо, Евгений Анатольевич.

— Ну как знаете, Игорь Юрьевич, — вдруг впервые за этот разговор он обратился ко мне по имени-отчеству.

— Могу помочь с бумагами? — спросил я.

— Боже упаси, — буркнул он. — Ничем. Будете только мешать. Вы человек заметный. Пока магистр по особым поручениям будет сидеть в управлении, предатели могут понять, что идёт работа. А если вы уедете, всё вернётся на круги своя: розыск свернут, дело закрыто, и, возможно, сектанты поверят в то, что вы не поняли, что газлайтер был из инквизиторов, решат, что свалили всё на секту.

— Да, — коротко согласился я.

— И вот ещё что, если кто-то двинется следом за вами, это отразится в моих отчётах. Литера, окно, отметка на узле. Я увижу это в тот же день.

Живец. Магистр озвучил мою мысль раньше меня, и мне это не понравилось вдвойне.

Опять на живца. Только в первый раз удочку держал я, а теперь ловили на меня.

— Тогда продолжу основное расследование, — сказал я. — В «Ухинске», у сектантского храма, я вскрыл клетки с восемнадцатью заложниками. Половина — мальчишки шестнадцати-семнадцати лет в форме Петровского военно-морского училища. Все до инициации.

— И что это даёт? — Пономаренко смотрел без всякого интереса.

— Их брали не наугад. Тело до инициации ценно тем, что источник в нём ещё закрыт. Подселяешься, через год источник открывается уже под нового хозяина, а мальчик доучивается, получает диплом и идёт служить туда, куда положено выпускнику. Та же форма, те же документы, та же семья на побывку. Идеальный агент, никто и не подумает проверять.

Пономаренко перестал смотреть в свои бумаги.

— Петровское стоит в «Точке», — продолжил я. — А практику курсанты проходят в водном секторе в «Братске».

— «Братск», — повторил он.

— Вот туда я и хочу съездить.

— Тогда, раз уж вы всё равно едете в ту сторону, — Пономаренко достал из папки знакомый лист, и я почувствовал, как у меня задёргалось веко, — вам будет крайне удобно провести выездную аттестацию в «Ухинске». Колония важнейшая, там каучук, лекарственные травы, всё имперское зельеварение…

— Евгений Анатольевич, вы давно открывали карту? «Ухинск» — это крюк через «Серов» и «Михайловку». А мой маршрут «Павловск» — «Ярцево» — «Новоархангельск» — «Братск». Мне что, всю империю объехать ради ваших аттестаций?

Он тяжело вздохнул и убрал лист с видом человека, сделавшего всё возможное.

Дверь открылась, вошёл Филипенко.

— Договорились?

— Договорились, — Пономаренко поднялся. — Я остаюсь здесь и работаю с бумагами. Думаю, через неделю у меня уже будут фамилии напавших.

— А Воронов?

— А магистр Воронов, — в голосе нового напарника прорезалось что-то похожее на удовольствие, — уезжает и работает наживкой.

— Продолжу искать вербовщиков секты, — сказал я. — Есть основания полагать, что один из таких узлов вербовки находится в «Братске». Проверю на месте.

— Обязательно сообщите! — тут же вмешался Пономаренко. — Я тут же сформирую группу и направлю её к вам. Игорь Юрьевич, вы склонны действовать в одиночку, и заканчивается это обычно…

Он замолк под тяжёлым взглядом грандмастера. Потом Филипенко посмотрел на меня.