Книга Инквизитор. Охотник на попаданцев 4, страница 24 – Миф Базаров

Пономаренко вскинул голову и уставился на меня. До этой секунды он не подозревал, что дело хоть как-то связано со мной, и теперь на его лице крупными буквами читалось: при чём тут Воронов?

— Основания? — спросил Филипенко.

— Личные. Этот человек топил меня ещё в Гатчине и продолжил в том же духе здесь: придирки, отчёты, рапорты наверх, хотя я ему ни в чём не подчиняюсь.

— Это не аргумент.

— Есть ещё один, главный. Месяц назад, когда он появился в колониальном управлении, он активно наводил справки об Анне и Захаре Снежных. О людях, которых потом похитили. Задолго до того, как они пропали. Я не знаю, зачем он собирал эти сведения, и куда они потом могли деться, но я не доверяю ему. И не положу ему на стол результаты своего расследования.

Сказано было в лицо, с намёком толщиной в рельс. Пономаренко стал задыхаться, покрылся пятнами, вскочил со стула:

— Иван Иванович, я обязан объяснить…

— Молчите, — перебил его старик.

Филипенко сказал это без нажима, и Пономаренко закрыл рот и сел обратно, как пришитый.

— А теперь слушай меня, — грандмастер повернулся ко мне. — Евгений Анатольевич наводил справки по моему поручению. Его отдел контролирует все переходы за внешнее кольцо: кто прошёл, что провёз, куда и как часто. Большую базу сектантов за внешним кольцом нужно снабжать: людьми, грузами, эликсирами. Как ты понимаешь, всё это оставляет след в ведомостях. Его задачей было найти в этих следах сектор, где сидит Осьминог. А Снежные владеют дорогами, по которым везут грузы. Потому и наводили справки.

— Иван Иванович, — не выдержал Пономаренко, — это закрытое производство! Это моё расследование, я не понимаю, на каком основании посторонний…

— На том основании, что я так решил, — сказал Филипенко, даже не повысив голос.

Пономаренко замолчал и вцепился в папку, а старик повернулся ко мне.

— Дальше арифметика. Ты только что запрашивал перемещения, наряды и смены за те сутки по всем узлам. Один, без сна, ты только к концу месяца приблизишься к цифрам, а тонкости разглядишь ещё позже, будем честны. У Евгения это займёт намного меньше времени. Есть ли у тебя ещё один человек с таким даром?

— Нет.

— И у меня нет, — грандмастер повернулся к Пономаренко. — Евгений, по расследованию, которое ведёт магистр Воронов, вы работаете с ним. Задачи ставит он. Отчитываетесь ему, мне — через него. Понятно?

В кабинете стало очень тихо.

Пономаренко ответил не сразу. Он сидел с толстой серой папкой на коленях и на его лице отражалась арифметика посложнее нашей. Магистр. Начальник отдела. Больше десяти лет в ордене, за спиной — отец-губернатор. С таким даром он мог пойти по стопам отца и уже сейчас сидеть в кресле наместника, но он выбрал орден и строил карьеру тут, двигаясь вверх ступенька за ступенькой. А сейчас его ставят в подчинение к человеку, у которого нет ни отдела, ни кабинета с приёмной, ни даже мотоцикла.

Пальцы нашли пуговицу, сделали один оборот и остановились.

— Мне нужно письменное распоряжение, — сказал он. — С формулировкой «временное подчинение по конкретному делу».

— Будет письменное распоряжение, — согласился Филипенко. — Но формулировка «в распоряжение магистра Воронова на срок, который магистр Воронов сочтёт необходимым».

Вот тут его проняло по-настоящему. Мужчина дёрнулся, чтобы возразить, но посмотрел на грандмастера и вдруг промолчал.