Книга Записки расхитителя гробниц. Том 1, страница 63 – Наньпай Саньшу

Тут дядя снова произнес снизу:

— Племянник, тот толстяк с тобой?

Я поднял голову и взглянул на Толстяка, который уже успел поднять ключ и внимательно его разглядывал.

— Да, – кивнул я.

Следующую фразу третий дядя почему-то произнес на ханчжоуском диалекте:

— Проверь, отбрасывает ли он тень.

Я слегка растерялся, потому что вообще не понял его просьбу, но машинально бросил взгляд Толстяку под ноги. Однако в том месте, где должна была быть его тень, виднелась лишь тень от нефритовой платформы, так что в любом случае пришлось бы сильно вытянуть шею, чтобы увидеть наверняка.

— Мне отсюда не видно, – отозвался я.

Когда третий дядя заговорил, его голос звучал очень напряженно:

— Слушай меня внимательно. Я тебе расскажу кое-что, ты только не бойся. Только что по пути сюда я видел труп толстяка. Ты должен быть крайне осторожен, потому что этот, который рядом с тобой, точно не человек.

Я еще раз взглянул на Толстяка, на его румяные пухлые щеки. Как ни посмотри, ни видом, ни своими движениями он на призрака не походил, поэтому я с сомнением спросил:

— Дядя, а ты не мог обознаться?

— Нет, – отрезал третий дядя, – это точно был он, я не могу ошибаться. Думаю, он был одним членом группы расхитителей, которые пришли сюда до нас. Это же он недавно подбивал тебя сунуть руку в рот трупу той женщины, да? Так вот, это он хотел тебя погубить!

Я внезапно струхнул:

— То есть ты хочешь сказать, что этот Толстяк… призрак?

— Да, – ответил дядя, – что бы он тебе ни говорил, не верь ему. А теперь как можно скорее найди что-нибудь, что может отгонять нечисть.

В этот момент Толстяк поднял голову и взглянул на меня. Его взгляд показался мне каким-то странным, будто в нем сквозила неистовая злоба. Я почти поверил словам дяди и поспешно начал шарить вокруг в поисках чего-то полезного. Рука наткнулась на снятый с трупа в доспехах ремень, на котором до сих пор висели пустые ножны. Я вспомнил, что древние часто покрывали свои пояса особыми знаками, призванными отпугивать злых духов, и торопливо подобрал его.

Хотя все знаки на ремне уже были едва видны, я с первого взгляда узнал письменность царства Лу. Неужели этот человек и правда когда-то был Лушан-ваном? А что тогда за женщина рядом с ним? Его жена?

Пока моя голова была занята этими размышлениями, глаза не таращились на ремень впустую: я успел оглядеть его весь и среди большинства совсем нечитаемых иероглифов несколько все-таки узнал. Это была выведенная позолотой надпись: «Драгоценный император иньского запада»^[39]. Я страшно обрадовался: вот они, письмена, отгоняющие нечисть.

Потом я вспомнил еще кое-что, о чем хотел спросить дядю, и заговорил:

— Странно, эта нефритовая платформа вовсе не прозрачная. Как же ты нас видишь?

— Я и сам не знаю, – отозвался третий дядя, – но мне снизу все прекрасно видно, как будто сквозь стекло. Когда я только пришел, как раз увидел, что ты вот-вот достанешь ключ изо рта трупа женщины, и сразу же крикнул тебе «стой!». К счастью, ты меня услышал. А то бы сунул руку ей в рот, и все!

Я пришел в еще большее недоумение. Что-то тут явно было нечисто. Да ведь это нефритовое ложе совсем неширокое, сказал я себе! К тому же на нем вплотную друг к другу лежат аж два трупа. Лунный свет, который попадает через трещину в потолке, вовсе не такой яркий, разглядеть что-то настолько четко при скудном освещении сквозь лежавшие рядом трупы как-то не представлялось возможным.