Книга Записки расхитителя гробниц. Том 1, страница 216 – Наньпай Саньшу

— Вот видите, видите? А я говорил, что с этой хвостатой тварью что-то не так! – вопил Толстяк. – Быстрее ищите его!

Мы вместе подбежали ближе и с первого взгляда заметили мумию, которая, крепко вцепившись ногтями в барельефы, припала грудью к потолку за колонной. Ее темная отвердевшая кожа вся покрылась трещинами и начала пластами осыпаться вниз, а из-под нее проглядывало какое-то непонятное кровоточащее нечто.

Веревка, сплетенная из обрезков наших гидрокостюмов, все еще была обвязана вокруг талии трупа и пока крепко удерживала его на месте, не давая вырваться, но я знал, что долго узел не протянет.

— Скорее взрывайте его, пока не смылся! – заорал Толстяк.

Молчуну напоминания не требовались. Толстяк только открыл рот, а в воздухе уже что-то блеснуло, со свистом пронеслось мимо и вонзилось прямо мумии в живот.

Я испуганно вскрикнул: Молчун чересчур поспешил! Мы находились вне своего убежища, и, если сейчас произойдет взрыв, мы точно пострадаем.

Но даже моя мысль уже запоздала. Перед глазами промелькнула белая вспышка, Толстяк прыгнул на меня и повалил на пол. Раздался грохот. Всю камеру сотряс толчок чудовищной силы, и обжигающая взрывная волна подкинула нас в воздух. Перевернувшись шесть или семь раз, я отлетел чжана на три в сторону и с размаху ударился о стену головой.

В этот раз меня действительно сильно приложило. Хорошо еще, что Толстяк успел опрокинуть меня на пол, а то я бы сломал себе шею. После удара о стену я потерял сознание и больше ничего не видел, остался только звон в ушах. Сперва мне показалось, что я умер, но какое-то время спустя перед глазами вдруг снова посветлело. Я попробовал открыть глаза, но все кругом было желтовато-серого цвета. Голова тут же закружилась, и меня замутило.

Я с трудом поднялся на ноги. В мои уши немедленно ворвался целый сонм самых разных звуков, но было невозможно понять, откуда именно они исходили: в камере просто стоял такой шум, что голова раскалывалась. Посреди окружающего хаоса я заметил Молчуна, который, кашляя, выбежал из облака пыли и крикнул:

— Ты в порядке?

Когда я попытался что-то ответить, только прикусил себе язык, поэтому пришлось просто махнуть ему рукой, мол, сойдет. Прикрыв лица ладонями, мы отправились искать Толстяка. Я заметил его почти сразу – он сидел в стороне, и на его плече кровоточила ссадина от удара камнем.

Увидев Молчуна, Толстяк возмущенно рявкнул:

— Ты слишком быстро его взорвал! Хоть подождал бы, пока мы отойдем на пару шагов! Окажись я еще на пару сантиметров ближе, без руки бы остался!

Молчун выставил вперед руку с зажатой в ней ножкой от зеркала и возразил:

— Ты ошибаешься. Это был не я!

— Что? Не ты?! – хором воскликнули мы.

Так метко попасть мумии прямо в живот способен только настоящий профи. Кто еще это мог быть, кроме него? Толстяк в тот момент стоял рядом со мной, да и потрясающей меткостью явно не обладал. Обо мне и говорить нечего. Оставался лишь один человек… Осененный этой мыслью, я торопливо обернулся и начал искать глазами А-Нин.

Мы с Толстяком, подумав об одном и том же, помчались в угол, где она сидела, но ее и след простыл.

— Ну и баба! – недовольно бросил Толстяк. – И правда притворялась!

Молчун, судя по его лицу, никак не хотел в это поверить. Кажется, он был на все сто процентов убежден, что А-Нин пребывала в состоянии шока, и не ожидал, что ошибется.