Онлайн книга «Холмс. Гарольд Холмс»
|
— Вы смеете… — начал было Снейп, но Холмс, не обращая внимания, продолжил. — Однако вы — блестящий специалист. Ваши познания в зельеварении выходят далеко за рамки мастерства. Также, вы — перфекционист. Каждый предмет в этом кабинете стоит на строго определенном месте, пыли нет. Вы ненавидите беспорядок, как физический, так и интеллектуальный. Северус Снейп стоял неподвижно, его лицо было каменным. — Вы — интроверт, почти мизантроп, — добавил Гарольд. — Вы стоите так, чтобы держать всех в поле зрения, но при этом минимизировать нежелательный физический контакт. Ваш выбор темной, строгой, закрытой одежды — это барьер. У вас хронические головные боли. Мигрень. Вы щурите правый глаз чаще левого, даже когда свет неярок. Вы скрываете это, но освещение в этом подземелье вы настроили специально под себя — оно приглушенное, без бликов. И вы всегда стоите спиной к основному источнику, чтобы свет не бил в глаза. На левом рукаве вашей мантии, с внутренней стороны, есть едва заметное пятно от настойки болиголова — сильнодействующего и опасного анальгетика. Вы применяете его наружно, втираете в висок. Рискованно, но эффективно. Значит, боль бывает невыносимой. Бессонница — еще один ваш спутник. Не думаю, что вы спите более четырех часов в сутки. Скорее всего, используете сильнодействующие седативные зелья, но не снотворные. Вы предпочитаете именно седативы, чтобы сохранять контроль даже во сне. Вы получили серьезное ранение, возможно, от магического существа или очень специфического проклятья, много лет назад. Оно затронуло не тело в целом, а конкретную область — левую сторону грудной клетки или плечо. Вы до сих пор инстинктивно щадите эту область. Это неврологическая привычка, от которой не так-то просто избавиться. — Хватит, — резко сказал Снейп. — Нет, еще не все, — отрицательно покачал головой Холмс. — У вас нет семьи. Ни жены, ни детей. Это очевидно. Но есть один человек, о котором вы постоянно думаете. Женщина. Она или мертва, или… — Я сказал: довольно! — рявкнул профессор. — Довольно — так довольно. Пожалуй, последнее на сегодня. Ваша неприязнь ко мне многослойна. Во-первых, она отчасти адресована и моей… семье. Вы начали пристально наблюдать за мной, как только услышали мою фамилию на распределении. Дело в моем отце? Нет? Знаете, я тут кое-что понял: вы явно где-то встречались с моим дядей — Майкрофтом Холмсом. И встреча эта… не задалась. Это столкновение для вас было… унизительным. Вы пытаетесь стереть это унижение, вымещая его на мне. Вы смотрите на меня и видите не ученика, а напоминание о человеке, который вас переиграл. Вы даже подсознательно пытаетесь скопировать некоторые его манеры, но у вас это получается как пародия. Потому что его власть — реальна. А ваша… ограничена стенами этого подземелья. Во-вторых… — Вон, — перебил Гарольда Северус Снейп. Весь его вид излучал такую концентрацию ненависти, что воздух вокруг, казалось, зарядился статическим электричеством. — Простите? — Вон из моего класса! — буквально прошипел Снейп. — И минус двадцать баллов… Нет, пятьдесят баллов с Рейвенкло! За наглость, непочтительность и… и за отравление учебного процесса вашим дешевым, маггловским психоанализом! Гарольд Холмс кивнул, спокойно собрал свои вещи и направился к выходу. Немного не дойдя до двери он обернулся. |