Книга Холмс. Гарольд Холмс, страница 1 – Miledit

Вагон Хогвартс-экспресса был идеальной точкой сбора данных. Гарольд Холмс, откинувшись на бархатной спинке сиденья, сидя в пустом купе, свел кончики пальцев в «домик» и прикрыл глаза, фильтруя входящий поток информации.

Шум. Хаотичный, эмоциональный, непродуктивный. Смех, визги, возбужденные крики — фон, который его мозг, по примеру приемного отца, научился отсекать на первом же уровне. Он концентрировался на деталях.

Визуальный ряд. Платформа 9 ¾. Аномалия в пространстве. Не дверь, не портал, а некий «сдвиг». Вывод: магическое пространство не подчиняется евклидовой геометрии, либо использует принципы, аналогичные теории скрытых переменных, но на макроуровне. Сами волшебники. Одежда: архаичная, непрактичная, демонстрирующая оторванность от немагического мира. Язык тела: расслабленный, самоуверенный. Вывод: закрытое общество, застрявшее в культурной стагнации, что порождает системные уязвимости и, как следствие, — преступность. Идеальная среда.

Тактильные и обонятельные ощущения. Пар от локомотива пах не углем и маслом, а деревом и чем-то сладковатым, возможно, сушеными травами. Да и цвет его был далек от стандартного. В клубах, появляющихся над трубой, то и дело мелькали искорки. Вывод: иной принцип работы двигателя. Энергия не паровая, а, вероятно, магическая. Недостаточно данных. Эффективно? Возможно. Эффектно? Более чем!

Косой переулок, который он посетил месяцем ранее в сопровождении скучающего Майкрофта и его неизменного ассистента Антеи, лишь подтвердил первоначальную гипотезу. Магическое общество — это прямо-таки Клондайк! для пытливого ума. Каждый второй гражданин скрывает что-то, и это просто потрясающе!

А здесь, в поезде… здесь это ощущалось еще острее. За тонкими перегородками купе плелись десятки историй. Детских? О, не стоит недооценивать детей. Дети — лишь неопытные взрослые, их мотивы проще: страх, жадность, желание признания, но от этого их поступки не становятся менее деструктивными или интересными с аналитической точки зрения.

Гарольд открыл глаза. Его взгляд, холодный и оценивающий, скользнул по закрытой двери купе. Он чувствовал нечто знакомое: то самое щемящее чувство, которое появлялось у него каждый раз, когда Шерлок брал его с собой на дело или же делился своими выводами относительно совершенного преступления, а он, Гарольд, с легкостью прослеживал всю цепочку мыслей, не теряясь в умозаключениях приемного отца. Что ж, мир магии был не просто набором чудес. Он был одним сплошным, гигантским нарушением правил. А где правила нарушаются системно, там всегда есть тот, кто пользуется этим лучше других. Там есть преступник. Или, что более вероятно для заведения под названием «школа», — несколько преступников разного калибра.

Уголки его губ дрогнули в едва заметном подобии улыбки. Нетерпение и азарт были почти физическими. Ему было одиннадцать, и его багаж знаний, почерпнутый из бесед с Шерлоком и Майкрофтом, наблюдений на местах преступлений и тысяч прочитанных книг, жаждал применения. Магия? Да, конечно. Она была новым инструментом, новым набором переменных. Но главным по-прежнему оставался разум. Логика. Дедукция.

«Магия, — произнес Гарольд мысленно, как бы пробуя слово на вкус. — Слишком расплывчатое понятие».