Книга Холмс. Гарольд Холмс, страница 139 – Miledit

— Они поверили? — удивился Холмс. — Действительно поверили, что Уизли может интересовать трансфигурация?

— Вроде да, — кивнула Сью. — Или не особо вслушивались. Макгонагалл просто строго сказала, чтобы мы не шатались по замку, и отправила нас спать. Но я успела рассмотреть картину, которую нес директор. На ней был изображен какой-то город у воды — здания в гавани, лодки, ночное небо, звезды… Очень красиво!

— Я тоже видел, — кивнул Голдстейн. — Все так. Холст, масло. Картина не выглядела магической. Старая, но не волшебная.

Гарольд довольно улыбнулся.

— Делфт, — заключил он. — Вермеер.

— Кто? — хором спросили трое.

— Подделка под Вермеера, — уточнил Холмс. — Отлично! Значит, это действительно Джим. Я не ошибся в самом главном.

— Кто такой Джим? Причем здесь картина? — не выдержал Уизли. — И где тогда философский камень?!

— По поводу камня ничего не знаю, подозреваю, что его все же нет. Во всяком случае, в замке, — пожал плечами Гарольд. — По поводу всего остального… Это часть совершенно другой истории, которая началась еще в маггловском мире. И началась она с игры Джима Мориарти. Могу рассказать, как я ее вижу, но сразу предупреждаю: очень многое из этого — всего лишь мои предположения. Гипотезы, которые я выдвинул, но смог подтвердить лишь косвенно или, во всяком случае, не смог опровергнуть. Вполне возможно, что детали были другими.

— А, так это не про камень? — мигом потерял интерес Уизли. — Тогда я пойду. Только время с вами зря потерял.

Рон огорченно махнул рукой и начал быстро удаляться, что-то бурча себе под нос.

— А мы, пожалуй, послушаем, — сказал Энтони Голдстейн, серьезно глядя на Холмса. — Перед тем, как начать свой рассказ, удовлетвори мое любопытство: что не так с картиной?

— С картиной все так. Это просто одновременно и привет мне, и подтверждение того, что философский камень — фальшивка, и подсказка, что настоящая Салли-Энн еще жива. Но все же я начну сначала. Джим Мориарти — преступный гений маггловского мира. Гений, которому очень скучно жить, а потому он периодически ищет себе соперника, с которым охотно затевает интеллектуальные игры, а призом нередко выступает чья-то жизнь. В прошлый раз в качестве соперника Джим выбрал Шерлока, и одно из дел было связано как раз-таки с этим самым поддельным Вермеером. Принцип игры достаточно прост: разгадываешь загадку Мориарти в нужный срок — получаешь своего заложника живым и невредимым. Поэтому, кстати, я и думаю, что с Перкс все в порядке. Скорее всего, подсказка, где ее искать, имеется на самой картине, и директор Дамблдор вскоре отыщет Салли-Энн. Ну а если нет — у меня есть еще один вариант.

— Почему ты говоришь, что этот Джим передал тебе «привет»?

— Потому что как соперника Мориарти меня не рассматривает абсолютно точно — мелковат я для него. У Джима просто был свой интерес в Хогвартсе, а я как-то имел наглость назвать Мориарти скучным. Так что он решил показать, что он очень даже веселый, напомнить про свои игры, раз уж случилась оказия, и передать послание.

— Какое? — нахмурился Голдстейн.

— Хм… Ну, например, что Волдеморт — да, не вздрагивайте вы! Это же просто кличка. Ну, хотите, буду звать его по имени? Его, кстати, Том зовут… — так вот, Том ищет возможность возродиться, директор Дамблдор об этом в курсе и ловит его «на живца» в виде философского камня, который точно поддельный, а сам Джим решил добавить магии в мир простецов.