Книга Тени яблоневой аллеи, страница 73 – Дарья Калинина

Прилавок и сам по себе был сооружением временным, а потому довольно хлипким, а когда на него навалилась снедаемая горестными чувствами пожилая дама, он и вовсе не выдержал и с громким треском рухнул на землю. Вместе с ним полетели и ящики с рыбой, из которых посыпался весь товар.

— Мама, я видел, эта тетя его перевернула! Нарочно! Рукой так сделала, и все попадало!

Мгновение спустя лежащая на траве Оленька обнаружила, что на нее устремлены десятки осуждающих и испуганных глаз. Пострадавший продавец сориентировался первым.

Он сунул Светлане облюбованных ею окуней и велел:

— Забирайте покупку и выметайтесь отсюда поживее, пока ваша подруга не начала тут все подряд громить!

— Уверена, она не хотела вам навредить, – пробормотала Светлана. – Простая случайность.

Оленька тоже опомнилась. И после того, как ей удалось встать, она кинулась к продавцу с извинениями:

— Простите, я и правда не виновата! Оно само… как-то!

Но продавец лишь отмахнулся.

— Уйдите, дамы! Очень вас прошу!

А когда Оленька попыталась приблизиться к нему, он поспешно отпрыгнул от нее и занял позицию, чтобы между ним и Оленькой находились бы упавшие ящики.

— Вы что? Вы меня в самом деле боитесь?

Но продавец с Оленькой даже не захотел разговаривать. Он обращался исключительно к ее подругам, словно Оленьки тут и не было вовсе или она была умалишенной и не могла понимать нормальной человеческой речи:

— Я вас очень прошу, уведите ее отсюда! Она же всех пугает!

Но как ни была потрясена случившимся Светлана, она не потеряла боевого духа.

— Тогда знаете что, забирайте назад своих окуней! Не нужны они нам ни со скидкой, ни без нее! А вы все… зарубите себе хорошенько на носу, что с моей подругой все в полном порядке! И когда мы поймаем настоящего преступника, который нападает на женщин, всем вам будет очень стыдно за те гнусные сплетни, что вы про нее распускаете!

С этими словами Светлана швырнула ни в чем не повинных окуней обратно продавцу и зашагала прочь. Оленька с Катюшей уже давно ушли вперед. Катюша очень старалась идти медленно, но уход их все равно больше напоминал бегство. Оленьке же было все равно, как выглядит их уход, ей было невыносимо находиться там, где со всех сторон она видела лишь неприязненные суровые взгляды.

— Что с ними такое? Я не понимаю.

— Люди напуганы. И им легче обвинить во всем конкретного человека, чем думать, будто бы преступник скрыт от них и до сих пор бродит в ночи, готовясь напасть в любой момент.

— Трусы они все!

— Просто люди.

— Они не понимают, что обижают своими глупыми подозрениями нашу Оленьку?!

Вопрос был риторический, так что Светлана даже не стала на него отвечать. А может, она была слишком сердита и опасалась сказать что-нибудь лишнее.

Катюша перевела взгляд на Оленьку, которую все еще трясло, и обняла ее.

— Не переживай так сильно. Мы-то тебе верим.

— Мы знаем, что ты хорошая, а плохой тут кто-то другой.

— Спасибо вам! Но боюсь, что сходить с вами в правление сегодня будет выше моих сил. Вдруг на меня там тоже все набросятся и наговорят новых обидных слов?

— Ну и плевать на них! Мало ли что они там говорят. Ты не делала ничего плохого! Ты это знаешь, и мы тоже знаем!

— Нет, я все равно не могу! Даже не просите! Наверное, они решили, что я охочусь за Виолеттой. И раз мне не удалось ее сразу пристукнуть, то я начала игру вдолгую. Или что я просто чокнулась. Ну вы же сами все слышали.