Онлайн книга «Тифлис 1904»
|
— Так точно, убил. — На глазах у всех? – не поверил Трембель. — На глазах… Сказал на допросе, что он кровник Динда-Пето и мстил за смерть двоюродного брата. Лыков повернулся и направился к экипажу. Начальник особого отдела окликнул его: — Куда же вы, Алексей Николаевич? Надо дознать все, как было. — Дознавайте, – вяло ответил сыщик. – Я вам такого «языка» привел… Дошел до фаэтона, постоял, потом плюнул в сердцах и двинулся в одиночестве за ворота. На душе было мутно. Имадин говорил про кровников. И угадал. Неужели правда? С одной стороны, так могло быть, конечно. У каждого абрека длинный список злодеяний. Это на Руси убили, и убили. Мстить доверяют полиции, пусть она ловит, царь ей за это жалованье платит. Но тут, на Кавказе, все иначе. Весь род потерпевшей стороны считает своим долгом найти и покарать злодея. Даже в тюрьме на глазах у стражи. А с другой стороны, опять оборвана важная ниточка. Багдасаров, Шмыткин, теперь вот Динда-Пето. Как только он, Лыков, находит важного свидетеля, тот сразу погибает. И все это цепь случайностей? Не может быть. — Имадин! – сообразил сыщик и стал ловить извозчика. Ведь чеченец сейчас единственный живой свидетель. Он менял краденые купюры, ходил в казначейство… Значит, постараются устранить и его. Когда Алексей Николаевич ворвался в номер, Имадин сидел под настенником и читал газету. Практиковался в русском языке. — Уф! Все в порядке? Чеченец поглядел на друга и спросил в ответ: — Что-то случилось с Динда-Пето? — Да. — Его зарезали в камере, будто бы кровник. Так? — Так. — Ловко. Алибеков отложил газету и задумался. — Я… – начал было сыщик, но отставной разбойник жестом остановил его. Так в молчании прошла минута, потом Имадин поднял глаза: — Мне надо спрятаться. — Согласен. Потребуются документы, но их я сделаю. Тут в дверь постучали, и вошел полицмейстер. — Алексей Николаевич, Имадин Алибекович, едемте ко мне. — Зачем? — За документами. Сами понимаете… Имадин бросил быстрый взгляд на друга, тот кивнул: вот видишь! Через полчаса в кабинете полицмейстера хозяин протянул Лыкову бланк. — Это вид на три года, с полицейской явкой[42] города Тифлиса, моей подписью и печатью. Чистый. Впишите туда вымышленные имя и фамилию, так, чтобы даже я их не знал. Алексей Николаевич как раз об этом и хотел просить Ковалева, только не решил, как сказать. — Спасибо, Георгий Самойлович! — Еще понадобится оружие. — Я дам Имадину маузер Динда-Пето. Тут чеченец запротестовал: — Оставь его себе, это хорошая штука. Сто рублей стоит! — Прикажешь дать плохую? – рассердился сыщик. – Твоя жизнь в опасности! — Ну и что? Она давно уже в опасности, лет двадцать как. Но и твоя, кстати, тоже. Я-то уеду и спрячусь. Ты один будешь знать где. А куда спрячется Лыков? — Никуда, – поддержал Имадина полицмейстер. – Алексей Николаевич, мы можем приставить к вам человека. Ненадолго. Но что это даст? — Я сам буду себя охранять, – заявил коллежский советник. – Так не возьмешь маузер? — Пока вы ходили по совещаниям, я уже купил себе браунинг, – чеченец вынул из кармана пистолет и показал его. – Так что вооружать меня не надо. Ковалев нахмурился: — А… Простите мой вопрос, Имадин Алибекович… — Где купил? На Армянском базаре. У кого – не скажу. Полицмейстер сник. |