Книга Тифлис 1904, страница 107 – Николай Свечин

Приняв решение, Лыков отправился на Водосточную. В последнее время Максим Вячеславович не появлялся дома допоздна. Анонимное общество проложило рельсы трамвая от вокзала до сада Муштаид. И теперь по этому отрезку без конца гонял взад-вперед единственный вагон общества – на нем обучались вожатые. Кроме того, разгорелся скандал: по требованию устроителей трамвая Дума приняла решение расширить улицу Армянский базар. Полотно городской железной дороги не помещалось на ней, и требовалось экспроприировать в пользу города ряд владений. Торговцы сопротивлялись и задирали цену. Хлопоты отнимали много времени у Скибы, и сыщик давно с ним не виделся.

Сейчас это было ему на руку – он хотел переговорить с Щербаковой наедине. Войдя в квартиру, Алексей Николаевич первым делом спросил:

— Максима Вячеславовича нету?

— Нет, и долго еще не будет. Что-то он заработался вконец.

— Мария Ивановна, можно я спрошу прямо?

Врачиха встревожилась:

— Что случилось? На вас лица нет.

— Ответьте, только честно. Обещаете?

— Да что произошло, Алексей Николаевич? – схватилась за сердце жевешка.

— Извините мой вопрос, Мария Ивановна, но… Что связывает Викторию Павловну с вашим мужем?

Щербакова помертвела, медленно опустилась в кресло и спросила тихо:

— Вы уже знаете?

— Ответьте, пожалуйста.

Хозяйка отвернулась к окну, пряча глаза.

— Они любовники.

— Давно?

— Три года как.

— И он спускает ей связь со мной?

Щербакова поглядела на гостя с сожалением и ответила:

— Не просто спускает, он на ней настаивал. Можно сказать, толкнул к вам в постель.

— Поясните, – снова заговорил сыщик. Во рту у него пересохло, и вообще хотелось разбить голову об стену.

— Максим Вячеславович нарочно подсунул вам Вику. Чтобы шпионить.

— Шпионить? Зачем?

— Его очень интересует ваше дознание. И не просто из любопытства.

— Продолжайте.

Щербакова вскочила, подбежала к бюро, взяла оттуда какой-то предмет и протянула сыщику. Тот с удивлением увидел золотые часы с гербом.

— Зачем вы их мне дали?

— Это я обнаружила сегодня утром. Он их забыл. А я стала заводить механизм и…

— Да в чем дело? «Тиссот» Скибы, я уже держал его в руках.

— А вы вглядитесь как следует. Номер, номер посмотрите.

Лыков откинул крышку и опешил. Это были его наградные часы, которые разбойники отобрали у сыщика на Кахетинском шоссе.

— Как они тут оказались?

— Говорю же: лежали на бюро. Вчера Максим бранился, что завод совсем ослаб, надо чинить или вообще выбросить. Никчемные, так он их назвал.

— И что?

— А сегодня я вдруг вижу, что часы другие, не его. Он подменил их. Я правильно догадалась, что это ваши?

— Да.

— Ну конечно. Откуда в нашей дыре взять другие часы из Кабинета Его Величества. Разве только у князя Голицына стащить.

— Но как они у него оказались? – ошарашенно произнес сыщик и все-таки стукнул себя кулаком по лбу. – Впрочем, понятно…

Но тут же усомнился:

— А для чего Скиба их подменил?

— Ах, право, – скривилась врачиха. – Привык хвалиться своим «Тиссотом» с гербом. А тот возьми да и сломайся. Он и прицепил чужие.

— Но это же опасно.

— Ничуть. Вам он заранее показал часы, свои старые. Теперь ничего опасного. Вы же не станете смотреть их второй раз?

— Но вы, вы! Вы же их заводите. Неужели мог умный человек предположить, что вы не заметите подмену?