Онлайн книга «Узел»
|
— А что Канахистов? Как он отнесся к твоей удаче? — Сердится, а поделать ничего не может. И потом, Гаврила сам не в убытке, продал через меня ворованный сырец. Лыков предостерег осведа: — Будь настороже. Вдруг он с обиды какую гадость задумает? — А! – беззаботно отмахнулся Петр, доставая новую папиросу. – Куда денется, если его расписка о сотрудничестве у вас лежит? Они обсудили последние новости, потом Лыков дал Фороскову новое задание. Нужно найти Князя. Если он в Москве, то рано или поздно даст о себе знать сообщникам. Далеко не все агенты картеля арестованы. Канахистов не так прост, как хотел казаться. Его вес среди уголовников значителен, связи обширны, но он не намерен делиться сведениями с полицией. Нужно присмотреться к извозопромышленнику с другой стороны. Арестованные кассиры упоминали Канахистова в числе крупных скупщиков. Только ли в свою губернию он сбывал товар? Например, Гаврила приторговывал крадеными смушками. В деревне такие не наденешь. Форосков ушел, пообещав разузнать насчет смушек. Есть, мол, одна идея. Алексей Николаевич не стал допытываться, какая именно. Петр человек опытный, глупостей не наделает. Сыщик выспался от души и на следующее утро явился в ЖПУЖД. Им тоже велено было завести агентуру; может, что-то выяснили насчет Князя? Запасов встретил питерца по-дружески. Его участие в «железнодорожно-воровской» комиссии не осталось незамеченным начальством. На Пасху Дмитрия Иннокентьевича должны были произвести в полковники и назначить на самостоятельную должность. Жандарм относил это на счет рапортов Лыкова премьер-министру. Они поговорили о поисках Згонникова, о показаниях арестованных кассиров, выпили китайского чая. Подполковник шутя побранил сыщика за то, что тот ходит по Москве без охраны. Мало ли что? Надо вернуть в конвой храброго Деримедведя. Лыков согласился без энтузиазма. Принялись искать вахмистра и нашли в наряде. Алексей Николаевич велел ему явиться завтра к девяти утра и пошел по другим адресам. Дознание забуксовало. Арестованные уже рассказали все, что знали. Найти главаря это не помогло. Лабзин все отрицал и одну за другой писал жалобы прокурору. А Бавастро даже не отчислили от должности на время следствия. Он спокойно продолжал исполнять обязанности товарища министра путей сообщения. А на все вопросы сыщиков отвечал издевками… Лыкова очень интересовал загадочный молчун, присутствовавший на квартальном совещании. Лишь один человек сообщил о нем, и тот не входил в руководящий центр. По словам свидетеля, незнакомец, к которому все относились с большим почтением, носил окладистую бороду. Видимо, то был грим. Вызывал ли он страх? Нет, страх всегда нагонял Князь. А этот, скорее, уважение и желание услужить. В бездействии прошло несколько дней, и вдруг в номер к Лыкову явился сам Канахистов. Гаврила Матвеевич был чем-то взволнован. Он сказал: — Ваше высокоблагородие! Петр Зосимович обнаружил то, чего вы просили его сыскать. — Что именно? – попытался проверить барыгу коллежский советник. — Он не пояснил. — А где он сам? — Ждет вас на квартере. — Какой квартере? Канахистов понизил голос до шепота: — В меховом заведении Рогаткина-Ежикова на Большой Полянке. Петр Зосимович просил вас сей же час прийти. Послал меня сопроводить. |