Книга Уральское эхо, страница 55 – Николай Свечин

Сергей приехал на станцию Ревда, сошел на пыльный заплеванный дебаркадер и осмотрелся. Первоклассная дыра… Как тут живут люди? Сам коллежский асессор выглядел шикарно. Пожалуй, даже чересчур для такого места. Он был в касторовой шляпе фасона «Пушкин» и в драповой тройке, а в руке держал новенький полувенский чемодан из яловичной кожи.

До селения Шайтанка приезжий шел пешком – извозчиков не было и в помине. Благо недалеко. Поселок оказался на удивление большим, крупнее иного уездного города вроде Варнавина. Он сложился вокруг чугуноплавильного и железоделательного завода наследников Берга. Несколько улиц с приличными домами, два храма, чайная, земская библиотека, волостное правление, прекрасный магазин общества потребителей… Напротив самого высокого здания – заводской конторы – сыщик с удивлением обнаружил памятник Александру Второму. Он был из мрамора!

Выбрав из трактиров тот, что почище, гость заказал обед с выпивкой. И тут же, не дожидаясь еды, вступил с хозяином в разговор:

— А позвольте узнать, как тут у вас дела обстоят?

Трактирщик, толстый и лысый, покосился на чемодан и решил ублажить клиента:

— Живем – хлеб жуем. Помаленьку да потихоньку. Вы памятник наш видали?

— Видал и поразился. В эдаком месте и подобное великолепие. Как так вышло?

— Местные жители, шайтанцы, распорядились. В память об освобождении от крепостного права. Всем миром скинулись, и вот!

В заведении было малолюдно, и гость предложил:

— А позвольте вас угостить. Мне поговорить охота, а вы, я вижу, человек обходительный. Меня звать Иосифидис Сергей Манолович. Я грек и коммивояжер.

— А меня Герман Леопольдович Перешке, я прусскоподданный и единственный обходительный человек в этой дыре.

— Вы-то мне и нужны! – обрадовался «коммивояжер». – Грек с немцем всегда договорятся. Но как вы здесь оказались, каким ветром?

— Двадцать лет назад дезертировал из германской армии. Ну и застрял…

Пруссак говорил по-русски без акцента, успевал следить за клиентами и за обслугой и поддерживать разговор. Он быстро понял, что гость здесь не просто так, и вскоре аккуратно об этом поинтересовался.

— Вы правы, любезный Герман Леопольдович. Я здесь по делу. Формально продаю паромойки Иона – слыхали о таких?

— Лишь видел рекламу в газетах.

— О, это удобная очень вещь! – затараторил «коммивояжер». – Двести двадцать тысяч уже находятся в употреблении по всему миру. Самая лучшая стиральная паровая машина! Могу предложить рассрочку.

Но трактирщик отмахнулся:

— Никому вы здесь это не продадите, и мне в том числе. Бабы и так настирают, в Чусовой. Безо всяких рассрочек. Зря только деньги на дорогу извели.

К удивлению немца, грек от его слов не расстроился. Он огляделся, наклонился к хозяину и доверительно сказал:

— Есть еще она причина, почему я здесь. Хочу купить немножко золота.

Перешке откинулся назад и смерил собеседника взглядом, как рентгеновским лучом прожег.

— Вот что… А почему к нам? Вам бы надо в Березовский завод. Это…

— Я туда собираюсь. После Шайтанки и Верхней Туры. Так что, Герман Леопольдович, поможете определиться в вашей выгребной яме?

— Хм. А деньги для операций у вас есть? Золото на водку тут не меняют, те времена прошли.

— Деньги есть.

Трактирщик задумался. Или только сделал вид? Азвестопуло ощутил опасность, что исходила от этого толстого, лысого и внешне безобидного человека. Уж что-что, а опасность сыщик научился чувствовать. Иначе давно бы не жил на этом свете.