Книга Темные гастроли, страница 57 – Валерий Шарапов

— Хорошо, я постараюсь последовать вашему совету, — произнес Зеленцов, но фраза прозвучала не слишком искренне.

— Скажите, у вас есть телефон? — желая сменить тему, спросил Девяткин. — Мне нужно позвонить на работу, а искать телефон-автомат на улице не очень хочется.

— Аппарат в гостиной.

Зеленцов провел майора в гостиную, где на высоком комоде стоял телефонный аппарат. Подняв трубку, Девяткин набрал номер телефона отдела. Дежурный ответил после второго гудка.

— Дежурная часть, старшина Широков, слушаю, — прозвучал в трубке голос.

— Привет, старшина, это майор Девяткин, — сообщил майор. — Не посмотришь, мой стажер Малгаджаров еще в лаборатории?

— Из технического отдела все уже ушли, товарищ майор. Лейтенант Рукавишников минут десять назад ключи сдал, — услышал он в ответ.

— Что ж, тогда запиши для него сообщение. — Девяткин быстро надиктовал текст с просьбой отправить в типографскую печать листовку с портретом Омарова. Покончив с сообщением, он спросил: — Для меня что-то важное есть?

— Так точно, товарищ майор. Подождите минуту, я найду записи. — Какое-то время в трубке был слышен лишь шелест страниц, затем старшина вновь заговорил: — Нашел. Первое сообщение от капитана Губанова. Вахтер не уверен, что у НИИ орудовал Омаров. И второе сообщение от лейтенанта Червяченко: Егор Купчихин не берется опознать Омарова на сто процентов, но вероятность есть. Больше никаких сообщений.

— Не то, что я ожидал, но отрицательный результат — тоже результат, — философски изрек Девяткин и положил трубку.

— Не слишком хорошие новости? — догадался Зеленцов.

— Ничего, ваших показаний хватит, — бодро заявил Девяткин. — Идентифицируем одного, а за ним и остальные потянутся. Что ж, мне пора. Вам спасибо за помощь.

— А вам удачи в поимке преступников. — Зеленцов протянул ладонь для рукопожатия.

— Не забудьте прийти подписать показания, — напомнил Девяткин и ушел.

Сидя в машине, пока водитель вез его домой, Девяткин вспоминал, как тяжело было Зеленцову вспоминать то, что он видел у НИИ. «Каково же тем, кто попал в перестрелку у театра? А ведь моя семья входит в их число. Не фактически, конечно, а скорее морально. Представляю, сколько раз перед мысленным взором Светланы вставала картина того, что могло с ними случиться, задержись они после спектакля на театральной площади. А дети? Каково было им? В школе наверняка разговоры только о нападении. Как я могу помочь им пережить шок?»

Подъехав к дому майора, Хамидов остановил машину, попрощался и уехал. Выйдя из машины, Девяткин пробежал глазами по окнам. Почти все окна были темными, и неудивительно, время приближалось к одиннадцати вечера. Не горел свет и в квартире майора. «Наверное, Светлана уже не ждет, — подумал он. — Ничего, утром поговорим». Он поднялся на третий этаж типовой пятиэтажки, открыл дверь ключом, вошел в квартиру и тихонько прикрыл дверь. Сбросив обувь, на цыпочках прошел в кухню. Не успел он положить портфель с материалами дела на табурет, как услышал голос жены.

— Не крадись, дети у бабушки, а я не сплю.

Девяткин улыбнулся. Ну конечно! И как он мог подумать, что жена не встретит его, когда он вернется домой? Случалось ли такое хоть раз за их совместную жизнь? Пожалуй, нет. Чувство нежности к жене охватило его, и, когда Светлана, еще сонная, появилась на кухне, он сгреб ее в охапку, оторвал от пола и закружил по комнате.