Книга Темные гастроли, страница 32 – Валерий Шарапов

— Даже дольше. — Поняв, что ее ни в чем не обвиняют, женщина расслабилась и стала более разговорчивой. — В честь премьеры начальница, Галина Станиславовна, попросила не закрывать киоск до девяти. Знаете, как оно бывает: выходят люди из театра все довольные, умиротворенные, ну и заглядывают к нам в киоск, чтобы прессу прикупить или ребятишкам безделушки. У нас и пузыри мыльные есть, и шарики воздушные, не говоря уже об открытках, календариках и значках. Знаете, на той неделе к нам новый завоз товара был, целая коллекция календариков на тематику советских мультфильмов. Девочки их очень уж любят. А для ребятни значки латунные с лаковым обливом. Тут и города-герои, и спортивная тематика присутствует…

— Зинаида Павловна, все это замечательно, но меня интересует другое, — остановил ее Девяткин. — Расскажите лучше про автомобили. Много их стояло вдоль дороги перед началом спектакля?

— Да кто же их знает? Я в машинах не разбираюсь, да и по мне так лучше бы их вообще не было. Стоят, пыхтят своими трубами, вонь несусветная. Вот раньше мы обходились без этих пукалок, и ничего. Я так вам скажу: от машин одни проблемы.

— И все же попытайтесь вспомнить, — попросил Девяткин и добавил: — Это очень важно!

— Да, да, я понимаю, — закивала киоскер. — Это же такая трагедия! И для тех, кто умер, и для тех, кто в живых остался. Думаю, для живых даже хуже. Покойнику что! Ему уже все равно, умер себе и лежи спокойно. А родственникам каково? Они-то живы и все чувствуют.

— Зинаида Павловна, постарайтесь не отвлекаться, — теряя терпение, произнес Девяткин. — Как вы верно подметили, погибли люди. И от ваших показаний зависит, сумеем ли мы поймать убийц.

— Ох! Простите! Я просто еще никогда не попадала в такую ситуацию, — смущенно произнесла Зинаида Павловна. — Поверьте, я хочу помочь. Очень хочу.

— Тогда сделайте то, о чем я вас прошу.

— Конечно, конечно, я все сделаю, — заверила киоскер и тут же добавила: — А о чем вы просите?

— Автомобили, — напомнил Девяткин.

— О, да! Автомобили. — Она вдруг крепко зажмурилась, посидела так пару секунд и, вновь открыв глаза, объяснила: — Знаете, мне лучше думается с закрытыми глазами. Вы не против?

— Как вам угодно, — обреченно произнес Девяткин. Он уже понял, что с этим свидетелем еще хлебнет лиха.

А киоскер, довольная одобрением майора, снова зажмурилась и начала раскачиваться из стороны в сторону. Так прошло не меньше двух минут. Затем киоскер открыла глаза и заявила:

— Вчера машин было гораздо больше, чем обычно, — и замолчала.

— И это все? — опешил Девяткин. — Все, что вы можете вспомнить?

— Ну, да, — Зинаида Павловна кивнула.

— Да. Негусто, — протянул Девяткин.

— Что поделать. Я предупреждала, что не разбираюсь в машинах, — напомнила Зинаида Павловна и продолжила как ни в чем не бывало: — В дни спектакля на нашей улице всегда стоят машин десять. Еще такси подъезжают, но эти не стоят. Приехали и уехали. Таксистов бывает много, они к нам в киоск за сигаретами ныряют. Высадят пассажиров, забегут к нам, возьмут пачку «Примы» или «Космоса» и снова в машину. Вот от них, скажу я вам, настоящее столпотворение на дороге. А уж перед центральным входом и подавно. Хорошо еще, мой киоск стоит на Театральной, а то бы задохнулась я от выхлопных газов.