Книга Святой сатана, страница 49 – Анатолий Леонов

— А твой дружок, лжепатриарх Игнатий^[49], ничего не рассказывал?

— Он не был посвящен во все детали, да и прибыл в Россию позже меня. А знаешь, что я сделал? Я поехал в Старицкую обитель, где доживал свой век низложенный патриарх Иов, и спросил у него.

— Что же тебе поведал патриарх?

— Ничего! – оскалился Элассонский. – Он даже не узнал меня! Совершенно ослепший, выживший из ума старик! Пел псалмы, читал по памяти библию, но не ответил ни на один вопрос. Как же жалок был он в тот момент! Как смешон и ничтожен…

— И ты пришел ко мне за ответами? – резко прервал архиепископа Иов. – Надо признать, ты умеешь ждать!

Арсений напряженно раздул щеки, от чего его голова стала походить на большую зрелую грушу.

— Тридцать лет я служу в этой стране, из них четверть века на потешной должности Архангельского архиепископа^[50]. Для кого-то это целая жизнь, монах! – Арсений огладил пышную бороду рукой, все пальцы которой были унизаны драгоценными перстнями.

— На что же ты сетуешь, владыко? – голос Иова звучал насмешливо. – Не помню, чтобы ты очень спешил в Суздаль, когда наконец получил настоящую кафедру. К чему эти жалобы?

Арсений на миг задумался и перешел на зловещий полушепот.

— Я мог стать патриархом, но не случилось! Кажется, у тебя есть ответ почему?

— Хочешь правду?

— Глупости! Правда – категория не логики, а философии. У каждого правда своя. Мне же нужны ответы на вопросы! Нужна истина!

— Ромейская софистика! – ухмыльнулся старец. – Я не силен в философских построениях, но думаю, что одной истины человеку мало, ему нужна справедливость. Истина, освобожденная от правды, уродлива и, скорее всего, не истина вообще. Хочешь, я расскажу тебе одну поучительную историю, а ты сам решишь, насколько она оказалась полезной для тебя?

— Историю? Ну что же, изволь, – архиепископ оказался слегка озадаченным неожиданным поворотом разговора и настороженно замолк, превратившись в слух.

Старец же прочистил горло и посмотрел на собеседника так, словно видел его первый раз в жизни.

— В турецком царстве, Османском государстве, – начал он свой рассказ, – родился в семье священника из Фессалийской Трикалы мальчик. Мальчик рос смышленым, хорошо учился, рано принял постриг и очень скоро был посвящен в высокий духовный сан! Недоброжелатели поговаривали, что столь стремительный взлет юного монаха произошел благодаря покровительству одного влиятельного митрополита, который питал к юноше чувства, противные Богу и неприемлемые для лиц духовного звания.

Из горла архиепископа вырвалось нечто среднее между судорожным всхлипом и утробным рычанием. Иов бросил на собеседника сухой взгляд и пожал плечами.

— Молва не по лесу ходит, а по людям. Скоро митрополит занял патриаршую кафедру, и смазливый монашек, у которого борода толком не выросла, к возмущению многих церковных иерархов оказался возведенным в сан архиепископа. Старик Эзоп говорил: «Судьба изменчива, и меняется она обычно только к худшему». Вот так и наша история сворачивает с накатанного шляха в глухой и темный пролесок. Священный Синод низложил нажившего немало врагов патриарха и выслал его на Родос, а освободившийся престол передал другому, который, не разделяя пристрастий предшественника, не пожелал видеть среди архиепископов сопливого юнца без связей и влияния. Но, будучи по природе человеком насмешливым и лукавым, он не заточил ученика рядом с учителем, а послал его в Россию за милостыней…