Книга Тайный гость, страница 93 – Анатолий Леонов

— Нехорошо, господин посол! – покачал он головой, холодно улыбаясь.

— Что нехорошо? – переспросил удивленный Мейрик.

— Врать – нехорошо!

— Вы ничего не перепутали? – возмутился англичанин. – Недопустимо так разговаривать с посланником английского короля!

— Это почему? Я в своей стране и говорю то, что считаю нужным. А вот тебе, Иван Ульянович, язык стоит придержать за зубами, не то время, чтобы спесь показывать.

— Вы мне угрожаете?

— Боже упаси! Предупреждаю!

— Что же я сделал?

— А будто не знаешь? Ряженых плутов, одноземцев своих, покрываешь! А за ними крамола против государя. Смекаешь, Иван Ульянович, о чем я?

Мейрик принял позу оскорбленного человека и обиженно надул губы.

— Степан Матвеевич, хочу напомнить, что Московская торговая компания вне политики и в делах, не касающихся коммерции, никогда участия не принимала. Кроме того, если мне память не изменяет, не далее как сего дня ты уже искал их здесь. Нашел?

— Тогда – не сейчас! – огрызнулся Проестев.

— Ну так ищи сызнова! – повысил голос Мейрик. – Только знай, судья, я этого так не оставлю. Ты еще пожалеешь о своих словах. Сегодня же я составлю челобитную на имя царя и отпишу письмо королю Англии. Одним позором не отделаешься! – Мейрик хотел добавить к своим угрозам что-то еще, очень, с его точки зрения, веское, но в этот момент снаружи раздались выстрелы из пищали.

— Что это? – испуганно спросил он, заглядывая в глаза начальнику Земского приказа.

В казенную палату вбежали два разгоряченных стрельца и с порога принялись орать, перебивая друг друга.

— Здесь они, Степан Матвеевич! По крышам уходят! Десятник Васька Кротов одного вроде подстрелил!

Проестев бросил на Мейрика торжествующий взгляд.

— Про позор это ты хорошо сказал, Иван Ульянович!

— Степан Матвеевич, подожди! – пролепетал английский посланник, пряча за спину задрожавшие вдруг руки. – Вот так и уйдешь?

Проестев с недоумением поднял густые брови.

— А чего ждать?

Он смерил посла презрительным взглядом и быстрым шагом вышел из комнаты.

На чердаке посольских палат, под высокими черепичными крышами, пахло грибами, гнилыми яблоками и кислой капустой. Вероятно, виной тому были загромождения бочек и плотно упакованных тюков с неясным содержанием, срок годности которых давно истек, но знаменитая английская рачительность не позволяла просто так избавиться от испорченного товара. Впрочем, все это заморское изобилие было аккуратно расставлено в ряды с удобными проходами между ними и свободным доступом к любому нужному предмету. Такая тщательность, граничащая с мелочностью, многое говорила об обитателях посольского двора. Жить в таких условиях, очевидно, было весьма удобно, но невероятно скучно!

Едва слышно скрипнула дверь, искусно встроенная в кирпичную стену. В распахнутом настежь проеме потайного хода забрезжил приглушенный свет масляного фонаря. Послышались тихие шаги и шуршание юбок. Из двери высунулась смазливая головка юной Марты. Опасливо оглядевшись и не заметив ничего, что могло представлять угрозу, она обернулась назад и прошептала кому-то, находившемуся за ее спиной:

— Никого нет! Можно выходить!

После короткого промежутка времени следом на чердак выбрались Артур Ди и Эдвард Келли. Оба «философа» выглядели сильно взволнованными, что легко читалось по их напряженным лицам и скованным движениям.