Книга Гейне. Двойная игра, страница 68 – Анатолий Леонов

В кабинете начальника Особого отдела НКВД, старшего майора госбезопасности Павла Судоплатова все окна были плотно задернуты тяжелыми шторами, чтобы ни один лучик света не проник наружу. Спартанская обстановка кабинета делала его скорее пустым, нежели скромным. Двустворчатый шкаф, Т-образный стол и десяток конторских стульев — другой мебели в комнате не было. Шло оперативное совещание. За столом, словно на заседании Особой тройки, сидели Судоплатов, Ильин и Маклярский. Перед ними навытяжку стоял Демьянов.

— Что за маскарад? — хмурился Судоплатов.

— Это форма, товарищ старший майор госбезопасности! — не моргнув глазом, ответил Демьянов.

— Вижу, что не пижама. Вопрос: почему она на вас?

— Я подал рапорт. Прошу перевести меня в действующую армию.

Судоплатов недовольно крякнул и достал из папки, лежащей перед ним, какой-то документ.

— Значит, дезертируешь?

На этот раз Демьянов был по-настоящему удивлен.

— Не понял, Павел Анатольевич?

— А чего тут не понять? Он на фронт, немцев бить, а мы тут за него ерундой всякой заниматься будем?

— Павел Анатольевич, фашист уже под Москвой стоит! — запротестовал Гейне, но Судоплатов раздраженно хлопнул ладонью по столу.

— Ну и что, а пусть бы он и взял ее! Ваша главная цель остается прежней — внедрение в германскую разведку. Вы должны предпринять максимум усилий, чтобы остаться у них в качестве представителя «Престола».

Ильин, остужая пыл коллеги, успокаивающе похлопал его по руке и вступил в разговор, как всегда, интеллигентно и мягко подбирая нужные слова:

— Ты пойми, крестник, в новых условиях задание не меняется, а только ускоряется его реализация. В случае сдачи Москвы ты должен войти в руководство новой городской администрации и занять при немцах пост как можно выше…

Договорить Ильину Судоплатов не дал, резко ударив ладонью по краю стола:

— В общем, сделаем вид, что никакого рапорта я не видел. Все планы заранее проработаете с товарищем Маклярским, но решать на месте вам придется самостоятельно. Все понятно?

— Так точно, товарищ старший майор госбезопасности! — нехотя отозвался Демьянов.

Судоплатов бросил усталый взгляд по сторонам и что-то занес в свой ежедневник.

— Михаил Борисович, доложите мне о выполнении, скажем, через два дня.

— Будет исполнено, Павел Анатольевич, — кивнул тот.

В сопровождении угрюмого эсесовца из охраны лагеря Гейне шел по аккуратно убранным от снега дорожкам разведшколы Абверкоманды-103. О ней говорил заключенный Батя.

Как один из вариантов внедрения обсуждалась она с Маклярским перед переходом линии фронта. И вот половина дела сделана. Он в «Сатурне». Теперь следовало приложить усилия, чтобы остаться в нем.

Все здесь было педантично организовано, во всем виделась немецкая точность и порядок. Жилые и учебные корпуса скорее походили на коттеджи, нежели на бараки. По территории ходили военные, одетые как в немецкие мундиры, так и в форму бойцов Красной армии. Демьянов с удивлением проводил взглядом марширующее отделение красноармейцев, ведомое куда-то немецким фельдфебелем. Удивление пропало, когда он увидел большой плакат, написанный по-русски: «Внимание! На территории школы для курсантов действует устав Красной армии».

Несмотря на февраль, солнце уже начинало припекать. На земле появились первые проталины. Некоторые курсанты, пользуясь свободным временем, спешили выбраться из казарм и грелись на солнце, недобрым словом поминая прошедшие холода.