Книга Терминатор Пепельный фронт, страница 53 – Джон Сан

— Пей, — жестко приказал Эш, откручивая крышку и поднося флягу к пересохшим, потрескавшимся губам девушки.

Элоди сделала жадный, судорожный глоток. Вода отдавала йодом, ржавчиной и серой, но сейчас она казалась вкуснее любого коллекционного вина из уничтоженного прошлого. Она закашлялась, когда жидкость обожгла воспаленное горло, но на ее щеки медленно начал возвращаться цвет.

— Спасибо… — выдохнула она, возвращая флягу. Эш не стал пить сам, хотя его собственная гортань превратилась в наждачную бумагу. Он молча завинтил крышку и убрал драгоценный пластик обратно.

Маркус непрерывно наблюдал за этим процессом. Его оптические сенсоры фиксировали передачу жидкости от одной биологической единицы к другой. В логических цепях Скайнета это действие классифицировалось как «неоптимальное распределение ресурсов». Биологическая единица «Эш» (Командир) имела высшую тактическую ценность. Биологическая единица «Элоди» находилась на грани физического отказа. Рациональнее было оставить слабое звено. Но вирусный протокол «Омега», вшитый в его ядро, заставлял машину принимать эту иррациональность как новую константу.

— Внимание, — металлический голос Маркуса разрезал шум ветра. — Анализ атмосферных масс показывает резкое изменение химического состава. С северо-запада движется фронт тяжелых газов. Высокая концентрация углекислоты и токсичных испарений. Газ стелется по самому дну русла.

— Радиационная буря? — напрягся Эш, вглядываясь в серую мглу.

— Отрицательно. Это кислотный прилив. Если мы останемся на текущей высоте относительно уровня моря, вы задохнетесь через восемнадцать минут, — бесстрастно доложил киборг. — Требуется немедленно изменить вектор движения и занять возвышенность.

Берг с ужасом посмотрел на свои ноги, по щиколотку увязшие в иле.

— Какая к черту возвышенность на дне моря?! Здесь плоско, как на бильярдном столе!

— Сенсоры фиксируют аномалию рельефа в полутора километрах по вектору ноль-пять-ноль, — желтые глаза Маркуса мигнули, переключаясь в режим дальнего сканирования. — Скопление крупногабаритного металлолома и кальцинированных рифов. Мы должны ускориться.

Эш не стал раздумывать.

— За ним! Живо! Элоди, держись за мой ремень, если будешь падать. Берг, не отставать!

Они рванулись вперед. Скорость выросла, и теперь каждый шаг превратился в агонию. Ил больше не просто чавкал — он словно пытался засосать их целиком.

Туман вокруг них начал стремительно меняться. Из бледно-серого он наливался болезненным, зеленовато-желтым оттенком. Запах сероводорода усилился настолько, что глаза начали слезиться, а в носу появилось ощущение, будто туда залили уксус. Это был тяжелый газ, поднимающийся из глубоких трещин в земной коре — предвестник тектонических сдвигов, потревоженных бомбами десятилетия назад. Газ действительно полз по самому дну, как густая, полупрозрачная патока, медленно поглощая их ботинки, затем колени.

— Быстрее! — хрипел Эш, чувствуя, как газ начинает обжигать кожу даже сквозь плотную ткань армейских штанов.

Из зеленоватой мглы перед ними внезапно выросла преграда.

Это было невероятное, сюрреалистическое зрелище. Огромный коралловый риф, который тридцать лет назад находился глубоко под водой, теперь возвышался посреди пустыни. Но он не был мертвым камнем. Под воздействием немыслимых температур ядерного взрыва, испарившего воду, песок и соли сплавились с кораллами, превратив их в гигантскую стену из изломанного, матового черного стекла и зазубренных, острых как бритва сталагмитов. Внутри этого стеклянного леса покоился разорванный пополам остов французского военного фрегата, намертво впаянный в стекловидную массу.