Книга Заклятие страхом, страница 11 – Борис Саркисов

— Надеюсь, ты прав, — кивнул Назаренко, явно разделяя суждения своего коллеги. — К сожалению, наш мир с точки зрения закона и морали несовершенен, справедливости в нем еще маловато. Думаю, тебе стоит встретиться с Эдвардом и, если это будет необходимо, повлиять на его дальнейшую судьбу.

— Только после подробного, спокойного разговора с ним я буду способен понять, смогу ли чем-либо помочь несчастному.

Было около пяти вечера. Над поселком все еще висело липкое, плотное марево, и солнце продолжало жарить. Эдвард остановился у кованых ворот, протер ладонью вспотевшее лицо, прильнул к зеленой изгороди и, сунув два пальца в рот, свистнул. Потом — еще, еще, еще… Дверь в доме наконец открылась, оттуда высунулась белокурая голова Дениса.

— Эдвард! — увидев за изгородью своего спасителя, мальчик в приветственном жесте вскинул руку и стремглав бросился к нему.

— Пришел, как обещал, — Эдвард слегка прижал к себе Дениса.

— А я думал, что больше не увижу тебя. Мол, сошлись, разговорились и разошлись! — в порыве восторга воскликнул парнишка. — Если бы только знал! Все это время я только и делал, что думал о нашей будущей хижине. Ты еще не передумал?

— Слов на ветер я не бросаю.

— Значит, наш уговор в силе?

— Конечно. Ты сейчас чем думаешь заняться?

— Надо зайти к маме на работу. Она только что звонила, сказала, что забыла дома ключи от своего кабинета. Составишь мне компанию? — Видя, что Эдвард замялся, пояснил: — Это недалеко, на набережной, там мама в продовольственном магазине заведует отделом.

Эдвард согласно кивнул, и они медленно побрели к набережной. Денис всю дорогу только и говорил о хижине, о том, как им вдвоем будет раздольно в лесу, имея там надежное убежище.

Покупателей в этот час пик в магазине было много. Среди пестрой публики Денис увидел свою маму: у кассовых автоматов она о чем-то бойко беседовала с завмагом.

— Смотри, вон моя мама Милена, — он дернул друга за рукав. — Милена Кимовна. Рядом с ней завмаг Игорь Николаевич. Я только передам ключи и вернусь.

Стоя у входа в магазин, Эдвард оглядывал Милену — красивую женщину бальзаковского возраста: стройную, белокурую, с изящной прямой осанкой, пышной грудью и высокопоставленной талией. Она была в темно-синих брючках, лиловой хлопчатобумажной кофте, глаза прикрывали дымчатые очки.

— С кем ты притащился ко мне? — строго спросила мама, когда Денис приблизился к ней и передал ключи. Она с подчеркнутым пренебрежением посмотрела на стоящего в дверях неказистого мужчину с бомжовой внешностью. — Позор какой-то! Кто он?

— Мой новый друг, — со сдержанным достоинством ответил сын.

Мать выдержала немую паузу, выжидательно глядя на Дениса, потом всплеснула руками:

— Друг? Только этого мне не хватало. — Она повернулась лицом к завмагу. — Как вам это нравится, Игорь Николаевич?

— Сказать откровенно?

— Конечно.

— Это, Милена Кимовна, тот самый мерзкий тип, о котором сейчас только и говорят в поселке. Не позволяйте сыну даже приближаться к нему.

— Вы пугаете меня, Игорь Николаевич, — она не скрывала своего волнения. — Вы что-то знаете об этом странном человеке?

— Люди говорят, что он отсидел в колонии двадцать лет за двойное убийство, кажется, помешался там и досиживал срок в психушке. — Игорь Николаевич перевел взгляд на Дениса и покачал головой: — Ты больше никого не мог выбрать себе в друзья? — И снова обратился к Милене: — Вам не кажется странным, что одинокий мужчина с бомжовой наружностью, только что вышедший из тюрьмы, заинтересовался вашим сыном?