Книга Восхождение Морна. Том 1, страница 123 – Ярослав Чичерин, Сергей Орлов

— По закону, — согласился командир. — Если это действительно должник, а не раб с поддельными бумагами.

Говорил он спокойно, почти скучающе, и я сразу понял, с кем имею дело. Худощавый, лет сорока, с усталым лицом человека, который повидал слишком много дерьма, чтобы удивляться ещё хоть чему-то. Глаза смотрели на меня без злости, без интереса, без какого-либо выражения вообще. Так смотрят на документы, которые нужно подписать, или на стопку бумаг, которую нужно разобрать до конца смены.

Я помнил таких людей по прошлой жизни. Следователи, налоговые инспекторы, судебные приставы. Люди-функции. Им плевать, виноват ты или нет. Им плевать на справедливость, на обстоятельства, на смягчающие факторы. У них есть процедура, и они её выполняют. Шаг за шагом, пункт за пунктом, пока дело не закроется. А что будет с тобой в процессе — это твои проблемы, не их.

С такими бесполезно спорить. Бесполезно взывать к совести или здравому смыслу. Можно только играть по их правилам и надеяться, что правила сработают в твою пользу.

Командир кивнул двум гвардейцам, и те двинулись к Сизому.

Народ в таверне, который только-только начал подниматься с пола и ощупывать себя на предмет переломов, тут же рассыпался в стороны. Кто-то нырнул под ближайший стол, кто-то вжался в стену так, будто хотел просочиться сквозь неё. Один мужик, который секунду назад громко жаловался на разбитую челюсть, вдруг обнаружил, что челюсть у него в полном порядке, и вообще он тут случайно оказался, просто мимо проходил.

И я их понимал. Это ведь не городская стража, которую можно послать подальше или откупиться парой серебряных. Это, мать их, Имперская гвардия. Настоящие солдаты с настоящими полномочиями. От таких не отмахнёшься и не спрячешься.

Сизый всё ещё торчал на своём столе, взъерошенный и злой, и следил за приближающимися гвардейцами так, как бездомная кошка следит за чужой собакой. Не испуганно, нет. Скорее оценивающе. Прикидывая, успеет ли цапнуть и удрать, или лучше не связываться.

— Покажи правое крыло, — сказал командир. — Под перьями, где плечо переходит в лопатку.

И тут Сизый изменился.

Это было как щелчок выключателя. Секунду назад он был боевым, колючим, готовым огрызаться на весь мир. А в следующую мгновение что-то в нём погасло. Плечи окаменели, перья на загривке встали дыбом, но не от злости, а от чего-то другого. Чего-то, что я не сразу распознал.

От страха. Настоящего, глубокого страха, который он пытался спрятать за оскалом и грубостью.

— А тебе на хрена? — голос прозвучал резко, но я услышал в нём фальшь. — Может, тебе ещё задницу показать? Могу устроить, только предупреждаю — зрелище на любителя.

Шутка не сработала. Даже сам Сизый это понял, потому что замолчал на полуслове и уставился на командира с выражением загнанного зверя.

Командир даже не моргнул. Стоял и ждал, и в его терпении было что-то механическое, нечеловеческое. Он мог так стоять час, два, всю ночь. Ему было абсолютно всё равно.

— Покажешь сам, — сказал он всё тем же ровным голосом, — или мои ребята растянут тебя на этом столе и выдерут перья до мяса. Мне без разницы. Выбирай.

Это был не угроза, нет. Скорее просто информация: вариант А или вариант Б, третьего не дано.

Гвардейцы остановились в двух шагах от стола и замерли. Не хватались за оружие, не принимали боевых стоек. Просто стояли и ждали команды. Профессионалы, мать их. Знают своё дело.