Книга Пустующий трон, страница 196 – Кен Лю

— Ты вообще ничего не боишься? – удивилась госпожа Раги. – Мы только и делаем, что планируем, плетем интриги и прорабатываем стратегии, но никогда не знаешь, как все в итоге обернется. Боги любят сводить на нет планы и усилия людей.

Гори встал и, подойдя к жене, крепко обнял ее за талию.

— В древних сагах ано человека называли «вечно голодным, жадным до слов животным», но я бы применил иную метафору: «животное, охочее до будущего». Мы должны планировать наперед, несмотря на переменчивую погоду.

Убедившись, что каюта опустела и слуги убрали посуду, шпион, затаившийся за иллюминатором, сполз по борту и нырнул в воду. По пути к берегу его сердце бешено колотилось, и не только от физических усилий. Пэкьу поступила мудро, приставив соглядатая к своему цепному псу. Лазутчику не только удалось узнать о коварном замысле дара обратить пса против хозяйки; он также выведал тайну, которая могла изменить в Укьу-Тааса буквально все.

«Стена Бурь расступится менее чем через три года. Придет новая флотилия льуку».

Тайный лагерь агонов в долине Кири у подножия гор Края Света, девятый месяц восьмого года после отбытия принцессы Тэры в Укьу-Гондэ

Когда Тэра объявила, что хочет сложить с себя некоторые обязанности по управлению поселением, чтобы проводить больше времени с детьми, ни Таквал, ни сами дети не знали, чего ожидать.

По правде говоря, Танто и Рокири отчасти полагали, что для них ничего не изменится. Насколько они помнили, их мать неизменно изъявляла желание принимать участие во всех делах поселения. Мальчики думали, что она ненавидит безделье даже сильнее, чем сырую муфлонью губку и кьоффир.

Но за лето Тэра действительно переложила многие свои заботы на других. Она больше не требовала от Нмэджи Гона и Типо То ежедневных отчетов об обучении воинов-агонов владению оружием дара; прекратила донимать Радзутану Пона вопросами насчет выведения новых сортов растений Дара, приспособленных к климату и почве долины Кири, и одомашнивания диких ягод и корнеплодов, собираемых старейшинами агонов. Она перестала регулярно проверять, как обстоят дела у Тоофа и Радии, официально принятых в местный клан, и как продвигается обучение других наездников и гаринафинов. Тэра назначила Сами Фитадапу ответственной за переговоры с шаманами о введении письменного языка агонов и образования для детей на манер Дара; она даже пропустила ряд встреч с Таквалом и танами, в ходе которых обсуждались планы нападения на Татен пэкьу Кудьу.

— Ты ведь всегда повторяла, что любое дело нужно делать самому, если хочешь, чтобы все вышло как надо, – напомнил ей Таквал, одновременно довольный и озадаченный таким поведением супруги. – Неужели ты вдруг поверила в мои способности?

Тэра усмехнулась в ответ на эту беззлобную подначку.

— Подозреваю, ты не единственный, кто возмущен тем, как я вела дела…

— «Возмущен» – чересчур резкое слово… – начал было муж, но Тэра сделала протестующий жест и перебила его:

— Несмотря на то что между нашими народами заключен равноправный союз, я вела себя так, будто умнее всех. Я забыла уроки отца: внимать толковым советам и не мешать талантливым людям высоко взлетать. Кроме того, постоянная работа нагоняет скуку, а это плохой друг для правителя. Можно иногда и поиграть.