Книга Говорящие кости, страница 545 – Кен Лю

А вот Фара, в отличие от него, снова и снова пыталась переубедить брата:

— Пойми, Хадо-тика, Дара требуется исцелить, а не рвать на части.

— Я уже слишком далеко зашел на своем пути, чтобы остановиться, – возражал Фиро. – Я рад, что Саво, а теперь и ты тоже, обнаружили мудрость в учении Руфидзо Исцелителя, но в реальном мире долг крови уплачивается только кровью. Как могу я оставить неотмщенной смерть моей матери?

Никакая философия не в силах пересилить прочувствованную сердцем истину, и в результате между братом и сестрой образовалась пропасть, через которую невозможно было построить мост из слов.

Фиро уехал, но предупредил, что сюда периодически могут наведываться члены Цветочной банды.

Большую часть прожитого на вилле времени Сото проводила в уединении, перелагая на воск все, что знала о махинациях и преступлениях Джиа. Страшась, что императрица найдет ее и заставит замолчать навеки, она хотела оставить после себя письменное свидетельство.

И вот сейчас Саво и Фара, сгорая от беспокойства, зашли к Сото поговорить.

— То, что сделала тетушка-мать, – неправильно, – сокрушалась Фара, ломая руки. – Но ее следует судить и должным образом покарать, а не убивать по законам кровной мести, что наверняка погрузит Дара в хаос.

— И как, по-твоему, притянуть императрицу к суду? – спросила Сото, качая головой. – Ведь суверен стоит выше своих же собственных законов.

— Что, если мы просто расскажем правду? – предложила Фара. – Ты можешь найти выход на премьер-министра и членов Тайного совета?

— Едва ли от этого будет толк, – сказала Сото. – Кого Йелу человек хороший, но… он порождение системы, как и все высокопоставленные чиновники. Даже поверив в правдивость моих слов, они не захотят подвергать опасности устои Дара. Напротив, вполне могут помочь Джиа заткнуть мне рот.

— А что, если мы расскажем правду вообще всем? Фиро заставил императрицу начать войну с льуку, изменив мнение народа, не так ли? Вот и мы поступим точно так же.

От подобной наивности Сото хмыкнула:

— Когда-то я думала так же, как и ты. Но у Джиа в руках «предусмотрительные», армия, вся имперская бюрократия. Железную хватку, которой она держит власть, не разжать при помощи всего лишь какой-то там истории. Слухи о коварстве Джиа по отношению к Рину Коде, Гин Мадзоти и другим циркулируют долгие годы, никак не ослабив при этом ее позиции. Все дело в том, что слишком многие облагодетельствованы ее правлением.

Однако Фара отказывалась сдаваться:

— Но это всего лишь слухи, без доказательств. Все будет иначе, стоит тебе открыть правду о том, как Джиа обошлась с императрицей Рисаной. Ты как-никак родная тетя Гегемона и один из самых доверенных советников моего отца, твои свидетельские показания вот так просто со счетов не сбросишь.

— Возможно, – согласилась Сото. – Но подумай сама: как могу я обратиться ко всем в Дара? Да стоит мне лишь высунуться, как «предусмотрительные» моментально выследят меня и заставят навеки умолкнуть. А когда я исчезну, моя история превратится в очередной беспочвенный слух. Голос умирает вместе с говорящим.

— Так вот почему ты все записываешь, – начала понимать Фара. – Логограммы, вырезанные тобой собственноручно, наделенные твоим неподражаемым стилем и неповторимой индивидуальностью, говорят сами за себя.