Книга Янтарная гавань, страница 387 – Виолетта Орлова

Вторым отличием являлась небольшая полоска коричневого пляжа, глянцевого и блестящего, вся в тени из-за нависающих со стороны моря гор, а затем – каскадами вверх прекрасные сады с витиеватыми ступеньками. В какой-то момент своего продвижения вглубь города путник мог подняться настолько, что оказывался на уровне гор, ограждавших Тимпатру от открытого моря. И здесь все было солнечно, ярко, сочно, с позолоченными фонтанами, серебрившимися в лучах света и зелеными деревьями, под пышными кронами которых можно найти приют.

Апогеем всей этой красоты являлся сам вход в гигантский муравейник, который издали напоминал пещеру чудес, где непременно должны лежать сокровища. Внутри муравейника было светло; это достигалось, во-первых, большим количеством круглых отверстий, а во-вторых, многочисленными бумажными светильниками, которые висели повсеместно. Именно здесь, внутри, и было сосредоточение всей суетливой городской жизни; сюда стекались богачи, чтобы поглазеть и посплетничать, торговцы, заманивавшие приезжих армутов в свои лавчонки, заклинатели змей, акробаты, а также робкие бедняки, которые присутствуют везде, даже в самых роскошных городах. В центре возвышался огромный фонтан, вокруг которого ютились многочисленные торговые лавки с экзотическими фруктами, жареными насекомыми в крупной соли, а также всевозможными сусальными леденцами из тростникового сахара.

Улицы здесь не совсем походили на обычные, ибо уходили не в стороны, а наверх, располагаясь на крученых винтовых лестницах. Всего таких лестниц насчитывалось около пятидесяти, а названия варьировались от «Песочной» до «Муравьиной», «Саранчовой» и даже «Кузнечиковой». Иные торговцы свешивали свои товары прямо с лестниц, и нередко, поднимаясь наверх, можно было получить по носу чьим-нибудь декоративным ковром в лучшем случае и какой-нибудь медной лампой – в худшем. Словом, торговля кипела в Тимпатру, несмотря на то, что чужеземцев не было совсем.

Впрочем, в последнем ребята не были так уверены, поскольку решительно каждый житель города нацеплял на себя диковатые маски, из-за чего различить кого-нибудь было поистине невозможно. И какие только лица тут не встречались! В основном, в почете были муравьиные, красно-бурые, с выпуклыми волосатыми затылками, черными усами и крупными нижнечелюстными зубами. Они выглядели устрашающими сами по себе, и тем паче на человеческом лице, поскольку закрывали глаза, прятали живые эмоции. Повсюду ходили «невидимые» люди, прикрывая свою истинную сущность карнавальной маской. Жители показывали себя теми, кем они в действительности хотели быть – страшными, уродливыми, жестокими, алчными. Именно такое впечатление возникло у растерянных ребят, когда они впервые попали на оживленную главную площадь города. Ширма под названием «карнавал» рождала острое желание узнать, а каков на самом деле твой собеседник?

Например, вот этот тучный господин, торгующий оранжевыми мандаринами. Фигура у него была такая круглая, что и сама напоминала сей экзотический фрукт, а светло-красный халат с бархатным поясом с кисточкой только еще больше подчеркивали поразительное сходство. При этом на лице у него застыла карикатурная женская физиономия с излишне пухлыми губами и уродливо огромными глазами, удивленно распахнутыми, словно недоумевающими, почему господин выбрал для себя женский образ. И правда, что конкретно про него можно было сказать с определенностью? Ровным счетом ничего.