Книга Янтарная гавань, страница 271 – Виолетта Орлова

— Что там, прочитай, я не вижу! – ответил Тин, пытаясь подойти ближе к подруге.

— Сам прочитай, – капризным голосом возразила Тилли, однако никто не придал ее словам большого значения. Ребята уже и сами отвернулись от печальной картины погибшего города, и смотрели на замысловатые ворота, испещренные какими-то витиеватыми знаками.

«Мы, жители Раторберга, в 16 году от основания города, добровольно покинули город, дабы спасти жизни наших детей от смертельной угрозы. Как саранча, крысы набежали на наши огороды; сбившись в стаи, они уничтожали дома и нападали на людей. Мы расположились в трех кварталах, наиболее близких по расположению к их гнезду. Здесь мы испытывали различные яды, однако они оказались бесполезными в борьбе против этих чудовищ. Наверное, человек и вправду не приспособлен жить под водой, ибо здешняя среда слишком неблагоприятна и враждебна для него. Несколько лет мы безуспешно боролись против тварей, но, очевидно, преимущество на их стороне. Последнее, что мы можем сделать – заманить сюда крыс и поджечь наш квартал. Надеемся, таким образом удастся полностью искоренить заразу. Если кто-то найдет эту надпись, то знайте: мы уже мертвы. Надеемся также, что наши дети узнают об этом акте добровольного самопожертвования и не будут держать на нас обиду. Лучше, чтобы они покинули город и забыли все, что с ним связано, но мы, впрочем, уже не имеем права указывать им, как поступать, ибо они стали совершенно взрослыми».

Даниел Фук произносил вслух это мрачное послание, а его грустный голос еще более подчеркивал всю трагичность произошедшего. Перестав читать, он запнулся и жалостливо шмыгнул носом. Мальчик вдруг отчетливо вспомнил своих родителей, а также о том, как сильно он их любит.

— Они сами ушли сюда, чтобы защитить детей! – ахнула Диана.

— Тех, кто по своему поведению напоминает больше крыс, а не людей! – с глубочайшим презрением воскликнул Тод.

— Мы почти никого не знаем, чтобы судить. Мы общались только с Грызуном, Килем и Клоком. Про эту сомнительную компанию вопросов и так не возникает, – сухо возразила Диана. Ее серые глаза угрожающе вспыхнули, что явно указывало на то, что девушка вовсе не простила Тода за его недавнюю глупую выходку. Хотя, надо отметить, Диана сердилась не столько на него, сколько на саму себя. Собственно, именно из-за этого девушка не смогла сдержать эмоций и разрыдалась на глазах у всех, чего она в иной ситуации ни за что не допустила бы. Ей вдруг стало чрезвычайно обидно, что она сама, пусть даже косвенно, через Тода, навредила Артуру. И это при том, что Диана, без преувеличений, действительно с радостью пожертвовала бы ради друга своей жизнью. Наверное, счастливый юноша даже не подозревал всю силу привязанности, которую она испытывала по отношению к нему, как, впрочем, об этом не знал и никто другой.

Неожиданно ворота отворились. От этого угрожающего скрипа душа буквально уходила в пятки, ибо ребята совершенно отчетливо поняли, что теперь уже ничего не придумать и не сделать. Перед ними стояла группа подростков; юные раторбержцы выглядели мрачными и насупившимися, со скорбным выражением лиц, характерным скорее для стариков, нежели молодых. Они, не сговариваясь, накинулись на друзей и совершенно бесцеремонно вытолкали их с запретной зоны, предварительно наградив весьма болезненными щипками и подзатыльниками. Как только ворота вновь закрылись, они плотно окружили своих пленников, не предоставляя им ни малейшей возможности дать деру.