Книга Зловещие топи, страница 341 – Виолетта Орлова

— Прошу, Кирим, скажи, почему ты не помогаешь мне? – в один из дней отчаянно воскликнул Артур, умоляюще глядя на своих друзей. Молчание и отстраненность близких буквально сводили его с ума.

Хозяева шатра неловко переглянулись. Затем Тилли подошла к Артуру и с чувством обняла за плечи.

— Послушай. Сначала мы не вызывали единорога, так как, по заверениям врача, ты был довольно слаб для продолжительных полетов. Затем, когда ты чуть пришел в себя, мы пытались это сделать, но отчего-то перевозчики больше не прилетают из Беру. Боюсь, там случилось что-то нехорошее. Мы намеренно молчали, так как табиб просил не тревожить тебя и не выводить из душевного равновесия. Ты сильно заболел, бредил каждый день, стенал от боли и мы… Честно сказать, мы не знали, как тебе помочь. Мы и сейчас не хотели ничего говорить, однако я считаю, что лучше все-таки знать правду. Единороги больше не прилетают из Беру. Ты не сможешь быстро туда добраться. Только на лошадях, но это займет около недели, если без остановок.

Известие Тилли обрушилось на юношу, подобно гигантскому молоту, и все его тело сковала мучительная боль, только на сей раз не физическая, а душевная. Единороги не летают из Беру. Значит, там действительно случилась беда. Где же его друзья? Все ли с ними в порядке? Наконец, когда он сам сможет с ними воссоединиться?

После болезни Артур так ослаб, что и думать не мог об изматывающей поездке на лошадях, тем более в полном одиночестве, без проводника. Лицо его, и без того бледное после лихорадки, побелело еще больше, а Тилли, глядя ему прямо в глаза, продолжила:

— Ты встретишься с ними! Немного терпения… Я уверена, с ними все в порядке! – сдержанная страсть в голосе армутки, ее сильная воля и мужество призывали Артура к тому, чтобы стойко принять эту новость. Но он уже и сам овладел собой.

— Вы… Могли бы мне сказать и раньше, – тихо произнес он. – Не так уж я и болен, бывало и похуже.

— Табиб просил… – вяло запротестовал Кирим.

— Значит, вы пробовали отправлять голубей в Беру? И они не возвращались?

— Да. Голуби улетают туда, как на тот свет, – мрачно пошутил Кирим. – Не знаю, что и думать.

— А в Мире чудес совсем нет единорогов? – живо воскликнул Артур. Деятельная натура его требовала найти выход из сложившейся ситуации.

— На базаре всяких тварей довольно, даже бизоны сыщутся. Но не единороги. Это очень редкие животные.

Артур в отчаянии стиснул кулаки, однако, увидев погрустневшие лица своих друзей, попытался справиться с собой и уже спокойнее заметил:

— Что ж. Невелика беда. Подожду еще немного. Как только мне станет лучше, найму повозку и лошадей.

Красивое благородное лицо Кирима осветилось радостной улыбкой.

— Ты правда не очень расстроился?

— Передай своему табибу, что ему надо сменить тактику ухода за больными. Излишнее внимание и жалость только ослабляют дух, – Артур небрежно улыбался, несмотря на все свои неприятности, печальные новости и ноющую боль в руке. О ней он старался вообще не думать; да и чего лишний раз заботиться о том, на что все равно никак не повлияешь? Лекарь обещал, будто рука сама заживет со временем, значит, не стоило тревожиться.

— Может, ты тогда не откажешь нам и поучаствуешь в совместной трапезе? – робко вопросил Кирим. Дело в том, что уже несколько дней Артур ничего не ел, будучи не в силах запихнуть в себя ни кусочка.