Книга Зловещие топи, страница 295 – Виолетта Орлова

— Мальчик здесь занимается совсем другими вещами, – с такой комичной серьезностью проговорил он, что дамы вновь единодушно прыснули со смеху.

— Очень жаль, – с искренним разочарованием протянула бойкая и, лукаво подмигнув Артуру, прошествовала за Наязом. Подруга семенила следом, как послушный утенок за своей мамой уткой. Неужели эти приятные на вид юные девушки пришли в шатер с целью купить то, чего вообще не стоило продавать? Это выглядело удивительным, тем более что армуты были весьма строгих нравов.

Так или иначе, «Матрона» не переставала удивлять, и Артуру страсть как хотелось разгадать ее загадку. Тем более что у него в распоряжении имелось довольно времени на обдумывание разных версий; убирался он быстро, за несколько часов, а потом слонялся без дела, в мечтах своих уже пребывая с друзьями. Но Айрис был прав; стоило дождаться, когда плачущего мальчика забудут. Только тогда он смог бы наконец покинуть Мир чудес.

Клипсянину уже настолько опротивел кочевой город со своими дикими нравами, что он готов был отправляться в путь немедленно, даже не имея денег и провизии. Ему казалось, что движение, пусть даже к верной гибели, во сто крат лучше его бесцельного брожения по шатру, чьи обитатели до сих пор оставались для него загадкой.

Но в один день его любопытство наконец было удовлетворено в полной мере. Дождавшись, когда Наяз отправится встречать очередного посетителя, Артур подошел к запретной комнате. Торопливо он принялся расстегивать дверь, обитую таким количеством войлока, что она была толщиной с голову единорога. Расправившись с молнией, юноша решительно шагнул внутрь и замер, пригвожденный на месте удивленными и немного испуганными взглядами юношей, которых здесь было порядка двадцати, может, больше.

Они были разных возрастов, но все какого-то болезненного вида. Казалось, их долго морили голодом, а солнечный свет совершенно не касался их кожи. Впрочем, в комнате царил такой бедлам, что разглядеть ее обитателей было не так-то просто, и Артур скорее почувствовал, что на него смотрят, нежели взаправду увидел. Повсюду валялись обрезки ярких тканей, вышивки, шелковые гобелены, пряжа, приготовленная шерсть, скатанная в валики, и еще много других принадлежностей и приспособлений, о назначении которых можно было лишь догадываться человеку несведущему в этих материях. Все казалось таким пестрым и ярким, что у Артура сразу же зарябило в глазах. Однако когда зрение восстановилось, и все предметы проявились четче, клипсянин смог среди гобеленов разглядеть самих обитателей. И если ранее он ни с кем не сталкивался в стенах «Матроны», то теперь они все разом предстали перед ним.

Юноши весьма обеспокоились приходом незнакомца; очевидно, они никого не ждали. В нерешительности переглядываясь между собой, они пугливо молчали, предоставив гостю возможность самому объясняться. Но Артуру не удалось произнести ни слова, ибо тут же на его плечо опустилась рука вездесущего Наяза. Мужчина-саксаул выглядел разгневанным.

— Как ты посмел, непокорный алмаз, нарушить мой запрет! Разве не я ли твердил тебе день и ночь, что сюда нельзя заходить? – произнося это, он другой рукой подталкивал слабо сопротивляющегося Артура к выходу. Когда они оказались снаружи, Наяз плотно закрыл дверь и еще для верности приложился к ней ухом, словно желая узнать, что творится по ту сторону войлочной обивки.