Книга Призрачная свобода, страница 164 – Александра Торн

Врач отступила за освещенный круг. Мария нашла взглядом Анжера — за все это время он не произнес ни слова, и она уже опасалась за его рассудок.

— Вы готовы говорить? — спросила Фиалковская, обращаясь к бывшему шефу перинатального центра.

— Я вам денег дам! — заявил он. — Куда больше, чем вам платит этот! — Шуфрир дернул головой в сторону Магриньи. — Отпустите меня, и я никому ничего не скажу! Клянусь Аллахом!

— А если не отпустим?

— Вас найдут! Вас найдет Корпорация, Эль Шадияр…

— С чего бы им вас искать? Что такого сверхполезного помимо своих рабочих обязанностей вы делаете в перинатальной центре Эль-Хайяна?

— Я… — Шуфрир запнулся. Его лицо посерело, а пот потек тонкими струйками со лба и шеи. Он боролся, Мария это видела, но препарат оказался сильнее, и Шуфрир наконец выдавил: — Мне поручена особая миссия.

— Кто вам ее поручил?

— Личный представитель султана Сайида ибн-Фахада, да благословит…

— Какая миссия вам поручена?

— Я занимаюсь легализацией эмбрионов с эмбриоферм, — сказал Шуфрир и стал уже не серым, а белым. Его губы затряслись. У Анжера вырвался невнятный возглас.

— Что такое эмбриофермы? — продолжала Фиалковская.

— Эт-то… это места… это фермы… это места…

— Дайте ему воды, — распорядился Лютер. Врач поднесла Шуфриру бутыль, из которой он жадно сделал несколько глотков. Мария повторила вопрос.

— Это своего рода фермы, — хрипло прошептал Шуфрир, — где в митра-кубах выращивают эмбрионы специально под рекомбинацию. Они поступают в перинатальные центры, и я… такие как я занимаются их легализацией.

— Что такое легализация?

— Оформление документов таким образом, чтобы эмбрионы казались отказниками или сиротами.

— Зачем вы выращиваете эмбрионы на фермах?

— Но помилуй Аллах, это же очевидно! Генетических уродцев слишком мало, чтобы обеспечить потребности Метрополии и колоний в существах всех классов.

— Ах ты тварь!.. — прошипел заместитель Лютера, Эньяс Ерликая, еще один беллаторес в их отряде.

— Откуда на эмбриофермы поступает материал для выращивания? — бесстрастно спросила Фиалковская; она уже пережила свой ужас и отвращение, когда впервые об этом узнала. Так давно…

— Его собирают от матерей и отцов, которые числятся, эм… невольными донорами.

— Как это происходит?

— Ну например, при обращении в клинику, которая входит в систему «МТ Асклепий», скажем, для удаления аппендицита, вы не замечаете, как специальный инструмент извлекает у вас материал, чтобы затем передать на фермы.

— Почему врачи клиник не обращают на это внимания?

— Не знаю, — ответил Шуфрир и тут же испуганно повторил: — Я правда не знаю! Нам дают доступ только к тому, что касается наших непосредственных обязанностей.

— Сколько эмбрионов с ферм прошло через ваш центр?

— Н-не могу точно сказать, не помню…

— Вы знаете, что это нарушает Конвенцию?

— Д-д-да, — пролепетал Шуфрир.

— Тогда почему вы этим занимаетесь?

— Ну, знаете… деньги.

— О Боже, — прошептал Анжер; Мария вдруг поняла, что его щеки мокрые от слез.

— И еще я не могу отказаться, — торопливо добавил бывший глава центра. — Курированием эмбриоферм занимается правящая семья, и в случае отказа они бы убили и меня, и всех моих родных.

— Повторите. Правящий султанатом клан Аль-Джайлим содержит нелегальные эмбриофермы и поставляет эмбрионы Корпорации «МТ» для производства существ?