Книга Кольцо Королевы, страница 32 – Александра Торн

Рывки тут же прекратились. Свечение погасло, и кубик стал остывать. Оборотень настороженно его понюхал и уловил слабый запах озона. Но что все это значит, черт возьми?!

Тут он наконец-то вспомнил про книгу, которую досточтимый бен Алон дал Элио. Сунув кубик в карман, Уикхем бросился перерывать вещи секретаря и вскоре вытащил из его чемоданчика завернутую в бархат книгу. Но она, разумеется, была на джилахском, зато вместе с ней в бархат был завернут мешочек, в котором хранился кубик. По крайней мере, именно в мешочке бен Алон отдал его Элио.

Диего спрятал чуднУю вещицу в мешочек, протянул запасной шнурок для ботинок через пару дырочек с металлическими кольцами над горловиной мешочка и надел его на шею. Ни в коем случае нельзя его потерять! Затем Уикхем схватил книгу и бросился на поиски сестры.

Замок Шинберн, горная цепь Рундар

Элио пришел в себя от того, что в лицо ему светило утреннее солнце. Кто-то уложил юношу на кровать в его комнате, снял с него сюртук, жилет, галстук и обувь, а еще – надел на ногу цепь, другой конец которой скрывался под кроватью.

“Ну наконец-то”, – подумал юноша; а то это гостеприимство уже начинало его пугать. Он снова дернул браслет. У него было время поразмыслить над происходящим (до того, как его уволокли на допрос к Мальтрезе), и Элио пришел к выводу, что чертова штука как-то нарушает работу сети Намиры. Именно поэтому Магелот смогла с ним заговорить. И это внушало Элио тревогу – кто знает, насколько еще ослабит сеть дальнейшее ношение браслета?

Впрочем, как ни странно, он весьма неплохо себя чувствовал, только живот бурчал от голода, хотя джилах ожидал, что будет валяться без сил после вчерашнего... или это было не вчера? Может, он уже провалялся несколько дней без сознания, и бартолемиты успели что-нибудь с ним сделать?

“Очнулся, – раздался в голове ехидный голос Королевы. – Я-то уже и не надеялась!”

— Какой сегодня день?

“День? – в висках Элио взорвалось мощное фырканье. – Откуда мне знать? Меня не волнует течение времени. Это вы, смертные, так за него цепляетесь, будто имеете для времени какое-то значение”.

— Кто-нибудь приходил?

“Нет. Они теперь боятся. Я чую их страх, – Королева издала плотоядное урчание. – Но далеко, не могу дотянуться”.

Вдруг в разуме Элио промелькнуло какое-то смутное видение – как будто он на миг прикоснулся к чувствам другого человека: панический страх, отчаянный возглас и как вспышка – воспоминание о молодой женщине и ребенке. Но все это Романте видел словно через стекло, это были не его чувства, чьи-то чужие. Но почему?..

“Ты же будешь есть сам? – вдруг спросила Королева с некоторым беспокойством. – От того, что беру я, часть достается и тебе, но ты же вроде бы должен есть эту вашу плотскую пищу?”

— Ты... ты отдала мне часть... этого человека?! – задохнулся юноша.

“Уж не потому, что хотела! Но оно делится на нас двоих, так что придется терпеть. Ну лучше бы ты ел свою еду, а не мою”.

— Кто они были? – помолчав, спросил Элио.

“Какие они?”

— Люди, о которых он вспомнил перед тем, как ты его съела.

“Понятия не имею, – беспечно отозвалась Магелот. – У вас, смертных, вечно какая-то каша в голове”.

Джилах закрыл глаза. Вот, значит, как это происходит...

В замке скрипнул ключ; Элио вздрогнул и тут же вытянулся на постели, стараясь принять самый жалкий и обессиленный вид, на какой был способен. Однако, когда дверь отворилась, и послышались приближающиеся шаги, юноша взглянул на вошедших сквозь ресницы – этому фокусу его как-то забавы ради обучила Диана.