Книга Дурная кровь, страница 54 – Андрей Никонов

— Ладно, – Лурдес наколола пончик на длиннющий кроваво-красный ноготь, – не буду проверять метку, сканер ты зажала, это ясно. Кто там в архиве, Мозер, эта тупая овца? Мимо неё можно весь участок вынести, пока она трахается с сержантом Койо. Ты что, не знала? Я сама видела запись, этот ниггер её в лепёшку давит, только пятки торчат. Хочешь посмотреть? Нет? Ты точно только отстранена?

— А ты видела бывшего полицейского со сканером и служебным коммом?

— Поверь мне, милочка, я видела и не такое. Я застала времена, когда Перейра был обычным лейтенантом, а мэр Гомеш ходил на цыпочках перед своим папашей, и его сынка, чтоб его черти куда-нибудь унесли, даже в проекте не было. Если есть голова на плечах, полицейский никогда не отдаст свой комм, сканер и регистрационный чип, иначе как бы мы парковались и проходили на концерты без билетов, да? Байк или кабрио?

— Байк, – уверенно сказала Волкова.

— Одиннадцатая площадка, там всё, что пока не учли. А я туда доберусь только в следующую пятницу, наш мэр, спаси Господь его душу, думает, что я должна таскаться по этажам каждый день за те несколько центаво, что он мне выделил. Пятьсот реалов, если вернёшь, и тысяча, если оставишь себе.

Настя протянула конторщице две пластинки, на огромном экране, занимающем целую стену, один квадрат погас.

— Старое оборудование, – Лурдес слизала с пальца черничный сироп, наколола второй пончик, – и на это у мэрии денег тоже нет. А ну быстро шуруй, через сорок минут камера включится, кто не успел, тот остался без байка.

Одиннадцатая площадка занимала десять акров, машины накапливались на ней, а потом отправлялись в ремонтный цех, там же с сидений смывались кровь, мозги и блевотину, меняли картриджи и стёкла. Совсем уж раздолбанные экземпляры собирали в утилизатор.

Машина Рунге стояла рядом с въездом, за всё время к ней никто не подошёл. Труп в салоне не был чем-то из ряда вон выходящим, мало ли что осталось после полицейской операции. Настя первым делом воткнула провод от сканера в сервисный порт, скачала все данные, которые были в машине, исправила записи в автопилоте, а потом на всякий случай его сожгла. Под обшивкой салона было пусто, на потолке обнаружилась скрытая полость, в которой лежал пистолет. «Мозес», двадцатизарядный, с блоком разгона, Настя забрала его себе.

Обшивка багажника поддалась с трудом, пришлось даже гидравлические ножницы подогнать и надрезать корпус, в углублении по центру лежал небольшой чемоданчик с выступающим считывателем, Волкова поднесла его к руке Рунге, попыталась открыть глаз, но тот уже потёк.

— Чтоб тебя, – выругалась она, сдирая перчатки. – Бесполезный кусок дерьма.

Бесполезный кусок скалился раздутыми почерневшими губами. Настя отодрала защитную обшивку, провела сканером, багажник был пуст. Нет, в нём была аптечка, коврик с подогревом, запасные кроссовки и деревянный бокен, но всё это никак на поведение Рунге свет не проливало. Волкова закинула чемоданчик в рюкзак, кое-как залепила монтажным скотчем рваную дыру на корпусе. Подходящий мотоцикл, более или менее целый, она нашла через двадцать минут, времени проверять его не было, выскочила Настя со стоянки аккурат перед тем, как включилась камера.

Микроавтобус Веласкеса давно уже уехал обратно к хозяину, но детектив его обошла перед самой столицей, практически новый байк на дороге вёл себя уверенно, адаптивные амортизаторы отрабатывали каждую кочку, а гироскопы поддерживали на поворотах. Она заняла место микроавтобуса в гараже, достала из сиденья карабин бывшего владельца, поставила байк на диагностику и поднялась наверх. Кровать была свободна, проклятая кошка исчезла и больше не появлялась, Настя подбила кулаком подушку и как есть, в джинсах и кроссовках, уснула.