Книга Близнецы. Том 1, страница 110 – Дарья Чернышова

— Так вот почему она почти ничего не объясняет.

— Точно, – улыбнулся отец, протянув ей ложку с последним оставшимся в похлебке грибом. – Она все про себя знает, все про себя все знают, можно поберечь слова и вместо бесед использовать их для приказов. Итог-то один.

Через неделю леса закончились, на следующей снова начались. Басти привыкла к походной еде и почти перестала спрашивать про сладости. Ласка ночевала, свернувшись калачиком у нее на голове, и Нерис каждый раз надеялась, что не проснется от ее родовых схваток. Они с отцом дежурили по очереди – Коотис старался уступать ей возможность поспать вместе с Басти, как она привыкла за долгие месяцы у колыбели.

Теперь нет больше той колыбели, и стены терема навсегда пропитались запахом смерти. Проще будет сжечь его и отстроить новый. Если они когда-нибудь туда вернутся.

Нерис размышляла об этом до самого перекрестка. Он уже показался впереди, рассекающий тремя размытыми весенними дорогами большую поляну, зажатую с двух сторон в лесные тиски. Имбирь и Варежка шагали корпус в корпус, пока отец не сделал Нерис знак замедлиться.

— Я впереди поеду. На всякий случай, – объяснил он.

— Ладно.

Сердце Трех Путей встретило их полной тишиной. Они почти решили, что прибыли первыми – или, с ужасом подумала Нерис, единственными, – но справа вдруг послышался характерный свист, и в землю у передних ног Варежки врезалась стрела.

Кобыла и не подумала испугаться или вздыбиться. И правильно. На хвостике той стрелы дрожало черное оперение, обрезанное ровно, как по струне. Нерис развернула Имбиря на месте и выкрикнула:

— Это мы!

— Я вижу! – донесся из зарослей грубоватый голос Зериды. – Там впереди ловушка! Стойте на месте, мы сейчас придем!

Кусты зашевелились, и одно за другим показались из тени знакомые лица. Они живы. Они сюда добрались. Нерис спешилась, ощутив потребность в твердой земле под ногами, и взяла дочку на руки. Коотис усмехнулся и пригладил пальцами черные усы.

— Так и знала, – буркнула мать, отряхивая на ходу шаровары. – В следующий раз, Зерида, стреляй точнее.

— Я тоже рад видеть тебя в добром здравии, – с улыбкой сказал отец.

Салиш подошла достаточно близко, чтобы расслышать его, но притворилась, что очень занята, поправляя внучке завернувшийся рукав, и спросила:

— Вы обе целы?

— Да, – кивнула Нерис, поставив Басти на землю и помахав издалека Циллару и братьям. – А где Реевис?

— Слишком упорно утверждал, что ни при чем, – ответила мать, уколов Коотиса ядовитым взглядом. – Но я уверена, что без Иголок не обошлось. Больше некому было провести к нам смуглых. Либо Реевис, либо его семья. Никто не признался. Значит, виноваты все.

«Вряд ли день моей свадьбы будет еще хуже», – подумала Нерис, увидев Шииру, сосредоточенно обстругивающую колышек. Коотис тоже о чем-то таком подумал: он протянул руку, чтобы приобнять дочь, а она резко шагнула в сторону.

— Не надо. Я найду себе тысячу мужей, если захочу, – бросила Шиира и отвернулась, но Нерис успела заметить, что под глазами у нее пролегли серые тени.

Идущая следом с охапкой хвороста Расма только пожала плечами и удостоила отца кивком.

Нерис попыталась собраться с мыслями и снова обратилась к матери:

— В Берстони что-нибудь об этом знают?

— Мы не можем связаться с Ясинтой. Узловой не откликается. Попробую снова.