Книга Регенерация, страница 143 – Степан Мазур

Таким образом самой разделённой упряжке ничего не угрожало по обе стороны рельс. Лишь при встрече со встречным составом следовало остановится и перевести всех роботов на правую сторону.

Угроза для состава может быть только на самих рельсах. Но о ней будут докладывать дроны-разведчики и планеры. Вперёдсмотрящему оставалось только отмечать сигналы тревоги, случись таковые.

Как ни крути, новая экспедиция была более автоматизирована и подготовлена, чем Первая. Малый совет Содружества поставил перед ней новую Цель: объединить Приморский и Хабаровский края, скрепить силы Содружества и умножить его возможности, спасая как можно больше людей, случись таких обнаружить.

Не все же превратились в Тарановых, чистильщиков или свободных.

Новая Экспедиция была необходима выжившему человечеству едва ли не больше, чем Первая. Оба названия даже решили впредь писать с большой буквы, как много значащие события для человеческой расы.

Единственная фактическая трудность, которая маячила нерешенной перед Зиновием, была межличностной. Та же задача, что когда-то решал Кай Брусов, досталась и Зиновию Железнорукому.

Новый адмирал «железнодорожного крейсера» Содружества без проблем взял из анклава Владивосток во Вторую экспедицию старых знакомых: повариху Алису и радистку Евгению. Они присоединились к Ивану Столбову, Елене Смирновой и Андрейке, не считая Вики и Ольхи.

Зиновий сходу одобрил даже большую часть молодежи, пришедшей на смену более опытным бойцам. Ветераны не смогли вернуться с Каем Брусовым и приходилось заменять их «безусыми юнцами», как выразился Седых, из «Большого камня», подземников и «Владивостока» и «Бикина», который уже перекинул несколько добровольцев на планерах.

Но Зиновий никак не мог решить, что делать с Дементием. С одной стороны, их «свихнувшийся ботаник» был не стабилен и опасен для окружающих, особенно в условиях тесного сосуществования в купе поезда. К тому же у него отсутствовала часть памяти. С другой стороны, оставить его на попечительство Клавдии в подземном городе одного означало подписать парню смертный приговор. Да и собственный ботаник анклава Владивосток почил ещё в Первой экспедиции.

Демон был двойственной натурой после последних событий. Длительное лечение таблетками для мозга означало не только подавление иммунитета организма, но и стирание личности как таковой. Этого Зёма допустить не мог и надеялся если не вернуть друга, исцелив в пути, то хотя бы собрать нового из того, что есть. Как бы глупо и фантастично это не звучало.

«Человек — это по большей части воспоминания. И Новая экспедиция должна была выдать их под завязку!» — решил адмирал.

Посоветовавшись со всеми членами правления, Зиновий с перевесом в один голос взял Дементия под свою личную ответственность. В его голове оставалось ещё немало познаний по биологии и ботанике.

«Почему только разученные на химии формулы не позволили сделать вывод, чтобы не жрал овощи в Гидропонике не мытыми? Был уверен, что земля безопасна?», — раздумывал Зёма и не находил ответа.

Теперь, глядя, как бывший друг надевает чёрную саламандру, адмирал постоянно задавал себе много вопросов и гадал, проснется ли в соратнике Демон или проспит до конца пути?

Дементий после совещания чаще молчал, как потерянный, и не спешил подтверждать или опровергать этого предположения. Но оружие от него на всякий случай держали подальше. И Алую Саламандру решили не выделять. Более того, Клавдия нагрузила его научной работой по ботанике на несколько месяцев вперёд, чтобы даром не просиживал костюм в вагоне. Юному специалисту предстояло исследовать развивающуюся растительность в лесу и четко ответить на вопрос, готова ли земля дать людям грибы и прочие растения, которые можно употреблять в пищу и использовать для производства лекарства?