Книга Сказка о сердце города, страница 93 – Ирина Тень

Когда они подошли к зданию НИИ, Ева остановилась. Оно было огромным, серым, с заколоченными окнами и высокими стенами, которые были покрыты слоем грязи и времени. Вокруг него тянулся забор с колючей проволокой, и в воздухе чувствовался запах озона и металла — запах системы, которая ждала их. Здание казалось мёртвым, но она знала, что внутри оно бьётся, как сердце, которое вот-вот остановится.

— Архивариус знает, что мы здесь, — сказал Лев, и его голос был тихим, но напряжённым. — Я чувствую это. Он ждёт нас. Он поставил ловушки.

— Пусть ждёт, — ответила Ева, и её голос был твёрдым, как сталь. — Мы идём к нему. Мы готовы к его ловушкам.

Они обошли здание, и Сергей показал им потайной вход — старую дверь, заросшую плющом, которая вела в подвал. Она была покрыта ржавчиной и временем, и её петли скрипели, как старые кости. Она была заперта на огромный замок, но Лев открыл её с помощью своей отмычки, и они ступили в темноту, которая пахла сыростью и плесенью.

Запах ударил в нос, такой густой, что его можно было попробовать на вкус. Ева включила фонарик, и луч света вырвал из темноты бетонные стены, покрытые паутиной и чёрными пятнами плесени. Они спустились по лестнице, и их шаги эхом разносились по пустому коридору, как будто здание встречало их. Стены были исписаны граффити, старыми, выцветшими, оставленными ещё в девяностых, когда здесь работали учёные.

Коридор привёл их в большую комнату, где стояли старые компьютеры и приборы, которые мигали тусклыми огоньками. В центре комнаты, на деревянном стуле, сидела Наташа. Её руки были связаны за спиной грубой верёвкой, а на голове был грязный мешок, но она была жива — её грудь поднималась и опускалась в такт дыханию, и её пальцы сжимались в кулаки. Когда они вошли, она повернула голову в их сторону, и Ева увидела, как её плечи вздрогнули.

— Наташа! — крикнула Ева, бросаясь к ней, забыв обо всём на свете. Она не думала о ловушках, не думала об опасности — она видела только Наташу, которая ждала её.

Но в ту же секунду свет в комнате замигал, и из динамиков, встроенных в стены, раздался голос Архивариуса — ровный, холодный, без единой эмоции, как у машины.

— Ты пришла, Ева. Я знал, что ты не сможешь остаться в стороне. Ты всегда идёшь на зов сердца. Это твоя сила и твоя слабость. Я знал, что ты придёшь, потому что ты — та, кто не может бросить других.

Ева остановилась, сжимая кулон в руке. Она чувствовала, как он нагревается, как город говорит с ней, как он наполняет её силой. Она знала, что Архивариус пытается запугать её, но она не позволит ему этого сделать.

— Где ты, Архивариус? — спросила она, и её голос был твёрдым. — Выходи и сразись с нами лицом к лицу. Хватит прятаться за экранами и динамиками.

— Я здесь, — сказал он, и из тени за компьютером выступила его фигура. Он был в том же сером костюме, с идеально выглаженной рубашкой и галстуком, с очками на носу, которые блестели в свете ламп. Его лицо было спокойным, как у человека, который контролирует ситуацию, но Ева заметила, как его пальцы дрожат. — Я ждал тебя. Я хочу предложить тебе последний шанс. Отдай мне камень и кулон, и я отпущу Наташу. Вы уйдёте, и я не буду преследовать вас. Город останется под моим контролем, но вы будете свободны. Я не хочу вашей смерти, Ева. Я хочу только порядка.