Книга Сказка о сердце города, страница 92 – Ирина Тень

— Всё хорошо, — говорил он. — Я здесь. Ты не одна.

Она прижалась к нему, чувствуя, как его тепло прогоняет холод страха. Она дышала ровно, пытаясь успокоиться, и постепенно её сердцебиение вернулось в норму.

— Мне снился город, — сказала она тихо. — Он звал меня. Он сказал, что мы должны идти.

— Мы пойдём, — ответил Лев. — Мы пойдём, и мы победим.

Когда первые лучи солнца пробились сквозь шторы, окрашивая комнату в серо-золотые тона, Ева села на диване. Она чувствовала себя разбитой, как будто не спала вовсе, но внутри неё горел огонь, который не давал ей сдаться. Она встала, подошла к умывальнику и умылась ледяной водой. Холод обжёг кожу, разгоняя остатки сна и наполняя её энергией. Она посмотрела в зеркало, и на неё взглянула девушка с бледным лицом, тёмными кругами под глазами и горящим взглядом, в котором была та решимость, которая была сильнее страха. Она узнала себя — не ту, которая боялась, а ту, которая шла вперёд, несмотря ни на что.

Она оделась в тёплую одежду — старые джинсы, которые были ей чуть велики, но в которых было удобно двигаться, свитер, который связала ей мать много лет назад, и лёгкую куртку, которую дал ей Фёдор Маркович. Она спрятала камень в карман, проверила, что кулон надёжно висит на шее, и убедилась, что у неё есть всё необходимое — нож, фонарик и карта НИИ, которую нарисовал Сергей. Лев уже стоял у двери, одетый в чёрную куртку, с рюкзаком за плечами, в котором лежали инструменты и запасные батарейки. Его лицо было сосредоточенным, как у воина перед битвой.

Фёдор Маркович подошёл к ним, держа в руках две кружки с горячим чаем. Пар поднимался над ними, смешиваясь с запахом масла и старого дерева. Они выпили чай молча, чувствуя, как тепло разливается по телу, наполняя их энергией. Старик смотрел на них, и его глаза были влажными, но он улыбнулся той улыбкой, которая была полна веры и надежды.

— Вы вернётесь, — сказал он, и голос его дрогнул. — Я знаю это. Я чувствую. Город не даст вам пропасть. Я буду ждать вас здесь, с чайником, который будет кипеть на плите.

Ева подошла к нему и обняла. Она чувствовала его тепло, его запах — масла, старого дерева и сухих трав. Она знала, что он её семья, её опора, её дом. И она знала, что вернётся.

— Мы вернёмся, — сказала она. — И мы вернёмся с победой.

Они вышли из мастерской, и утро встретило их холодным ветром, который нёс запах реки и сырой земли. Небо было серым, но в его разрывах проглядывало солнце, золотое и тёплое, как надежда. Город просыпался, и его голоса становились громче с каждой минутой — где-то загудела машина, залаяла собака, и ветер качнул ветви старого тополя, который рос у входа. Ева чувствовала, как он говорит с ней, как он наполняет её силой, как он шепчет ей: «Иди, я с тобой. Я буду твоей защитой».

Они встретились с Сергеем на углу Невского, где утренний трафик уже начинал оживать. Он ждал их, сжимая в руках рюкзак, из которого торчали какие-то приборы, и его лицо было бледным, но в глазах горела решимость, которая была сильнее страха. Он стоял прямо, несмотря на холод, и его дыхание было ровным.

— Я проведу вас к НИИ, — сказал он. — Я знаю все подходы, все лазейки. Я работал там и знаю, где слабые места.

Они пошли на окраину, через пустыри и заброшенные здания, которые постепенно сменяли знакомые улицы. Город здесь был другим — тихим, забытым, как будто он повернулся спиной к этой части себя и не хотел вспоминать о ней. Ева чувствовала, как Шепоты здесь почти не звучали, но она знала, что город не оставил их. Он ждал, когда они вернут ему голос, когда они освободят эту часть его от власти Архивариуса. Она шла, и каждый шаг отдавался в ней эхом, как удар колокола.