Книга Сосланная жена дракона. Хозяйка Серой крепости, страница 13 – Николетта Фэй

— Потому что ты отправил меня сюда.

Он хватается за прутья переговорного окна. Металл под его ладонью нагревается, Корн поспешно отступает.

— Я отправил тебя в верхний дом. Он должен был оставаться отделённым от арендуемых корпусов.

— Ворота закрыли за моей каретой. Нижние корпуса полны детей. Наверное, в твоём экземпляре распоряжения этого тоже нет?

Кайрен достаёт из-за пояса сложенный лист и просовывает в узкую щель. Я не беру сразу. Бумага помята, край обожжён после превращения, но подпись та же, которую я видела у себя.

— Читай, Лиана.

— Я прекрасно помню твоё распоряжение.

— Тогда найди в нём карантин.

Он произносит это слишком резко, потом закрывает глаза и отнимает руку от решётки. Металл тихо потрескивает, остывая.

Я всё-таки принимаю лист. Верхний дом, отдельный вход, никакого контакта с помещениями Палаты. Внизу указано, что действующий карантин отсутствует. Я читаю дважды, переворачиваю бумагу, хотя продолжения там нет.

Печать его штаба настоящая. В дате нет исправлений, рядом с подписью Кайрена стоит отметка семейного лекаря: объект осмотрен и безопасен. Я видела собственный экземпляр до отъезда, но тогда буквы расплывались, и никто не позволил мне забрать бумагу в карету.

Кайрен не знал, что меня запрут вместе с детьми.

За этой правдой сразу приходит другая, от которой он не становится невиновным.

Он мог не знать о карантине. Зато прекрасно знал, что я просила оставить меня дома и проверить списки фонда. Знал, что я боялась капель и переставала узнавать собственные записи. Сейчас он смотрит на меня так, будто хочет исправить всё одним открытым засовом, но того вечера между нами по-прежнему нет в его бумаге.

— А ссылку ты подписал? — Я возвращаю лист через окно. — Или это тоже сделал кто-то другой?

Кайрен не берёт бумагу. Несколько секунд она дрожит на ветру между нами, и я вынуждена удерживать край.

— Подписал, — отвечает он наконец.

Одно слово точнее любого оправдания. Я выпускаю лист; Кайрен ловит его прежде, чем ветер уносит в грязь.

— Я заберу тебя сейчас. Корн, откройте проход и подготовьте закрытую карету.

Комендант дёргается к засову по старой привычке подчиняться военному голосу. Аделина встаёт рядом со мной.

— Леди Вальдер была в палатах и держала заболевшего ребёнка. Выводить её за периметр нельзя.

Кайрен переводит взгляд на молодую лекарку. От его молчания Корн замирает с ключом в руке.

— Сколько требуется наблюдения?

— По правилам этой горячки — трое суток после последнего прямого контакта. У неё он был час назад.

— Я могу изолировать её отдельно.

— И по дороге заразить кучера, охрану и всех, кто станет менять лошадей? — Аделина говорит спокойно, но прижимает локоть к боку, скрывая дрожь. — Вы командующий, генерал. Вы знаете, зачем закрывают ворота.

Кайрен знает. Я вижу момент, когда желание вытащить меня сталкивается в нём с правилами, которые он сам заставил бы выполнять любого солдата. Он отступает от окна и смотрит на верхние этажи.

— На рассвете я обязан исполнить Протокол Огня.

— Мы уже прочитали твой приказ.

— По документам внутри почти никто не выздоравливает. Смертность перешла критическую границу, заражение признано неуправляемым.

Я подхожу к окну ближе, оставляя между нами толщину стены.

— По документам Иви умерла вчера. Сегодня утром она выпила лекарство и попросила пришить ухо своему зайцу. Ещё четверо живых детей тоже числятся мёртвыми. Хочешь, я назову их по именам?