Книга Фальшивый муж на неделю, страница 8 – Ника Светлова

— Я не мо­гу рас­сла­бить­ся, ко­гда твоя ру­ка у ме­ня на та­лии, — про­ши­пе­ла я.

— А при­дёт­ся, — его ды­ха­ние кос­ну­лось мо­е­го вис­ка. — Мы — счаст­ли­вые мо­ло­до­жё­ны. Счаст­ли­вые мо­ло­до­жё­ны ка­са­ют­ся друг дру­га. Ча­сто. Мно­го. С удо­воль­стви­ем. При­вы­кай.

Я сглот­ну­ла. При­вы­кать бы­ло труд­но. Слиш­ком труд­но, ко­гда каж­дый его жест, каж­дое при­кос­но­ве­ние ощу­ща­лись не как иг­ра, а как что-то на­сто­я­щее. Слиш­ком опас­ное. Слиш­ком вол­ну­ю­щее.

Бан­кет тя­нул­ся бес­ко­неч­но. Мы ели, пи­ли шам­пан­ское, тан­це­ва­ли мед­лен­ный та­нец — Марк вёл без­упреч­но, и его ру­ка на мо­ей спине, ка­за­лось, жгла ко­жу да­же че­рез ткань. Я сме­я­лась его шут­кам, он — мо­им. Мы бы­ли иде­аль­ной па­рой. На нас смот­ре­ли, нам улы­ба­лись, нам за­ви­до­ва­ли. Я ви­де­ла за­висть в гла­зах по­друг Аде­ли­ны, ви­де­ла недо­уме­ние в гла­зах дру­зей Вла­да. «Как Ари­на, про­стая ху­дож­ни­ца, от­хва­ти­ла та­ко­го?» — чи­та­лось в их взгля­дах.

И от это­го хо­те­лось сме­ять­ся. Или пла­кать. Я ещё не ре­ши­ла.

Бли­же к по­лу­но­чи, ко­гда го­сти на­ча­ли рас­хо­дить­ся, а Влад с Аде­ли­ной уда­ли­лись под ап­ло­дис­мен­ты, зав­тра бы­ла офи­ци­аль­ная це­ре­мо­ния, и же­ни­ху с неве­стой по­ла­га­лось от­дох­нуть, мы на­ко­нец смог­ли сбе­жать в свой но­мер.

Я рух­ну­ла на ди­ван в го­сти­ной, сбро­сив туфли, и про­сто­на­ла:

— Я боль­ше не мо­гу. Это бы­ла са­мая дол­гая ночь в мо­ей жиз­ни.

— А по-мо­е­му, непло­хо, — Марк осла­бил гал­стук и при­нял­ся рас­стё­ги­вать за­пон­ки. — Твой быв­ший за ужи­ном три­жды ро­нял вил­ку, раз­гля­ды­вая нас. Один раз, ко­гда ты по­пра­ви­ла мне во­ло­сы. Кста­ти, мо­ло­дец, от­лич­ная им­про­ви­за­ция.

Я дей­стви­тель­но по­пра­ви­ла ему во­ло­сы — про­сто по­то­му, что прядь упа­ла ему на лоб, и это вы­гля­де­ло слиш­ком небреж­но. Но ко­гда мои паль­цы кос­ну­лись его во­лос, я на се­кун­ду за­бы­ла, что мы иг­ра­ем. Они ока­за­лись мяг­ки­ми. И Влад это ви­дел.

— Я уста­ла, — ска­за­ла я, не от­кры­вая глаз. — Да­вай про­сто ля­жем спать.

— Со­гла­сен, — кив­нул он. — Иди в душ пер­вая.

Че­рез пол­ча­са я ле­жа­ла на сво­ей по­ло­вине огром­ной кро­ва­ти, на­крыв­шись оде­я­лом до под­бо­род­ка, и смот­ре­ла в по­то­лок. Ва­лик из свёр­ну­то­го по­кры­ва­ла, раз­де­ляв­ший по­стель, ка­зал­ся мне Ве­ли­кой Ки­тай­ской сте­ной. Слиш­ком низ­кой. Слиш­ком нена­дёж­ной.

В ван­ной шу­ме­ла во­да, Марк при­ни­мал душ. Я ста­ра­лась не ду­мать о том, что он там, за две­рью. Ста­ра­лась не пред­став­лять. У ме­ня пло­хо по­лу­ча­лось.

Во­да стих­ла. Дверь от­кры­лась. Он вы­шел.

Я за­жму­ри­лась, при­тво­ря­ясь спя­щей.

Сквозь рес­ни­цы я ви­де­ла, как он — в од­них пи­жам­ных шта­нах, толь­ко шта­нах, гос­по­ди бо­же — про­шёл к сво­ей по­ло­вине кро­ва­ти, как мыш­цы на его спине пе­ре­ка­ты­ва­лись под ко­жей в туск­лом све­те ноч­ни­ка. Он лёг, на­крыл­ся оде­я­лом и вздох­нул.

Ти­ши­на. Дол­гая. На­пря­жён­ная.

— Ясе­не­ва, — раз­дал­ся его го­лос в тем­но­те. — Ты не спишь.

— Сп­лю, — писк­ну­ла я.

— Ты ды­шишь как кро­лик, за ко­то­рым го­нит­ся ли­са. Я же ска­зал — не храп­лю, не во­ро­ча­юсь, не по­ся­гаю. Спи спо­кой­но.

— Лег­ко ска­зать, — про­бор­мо­та­ла я.

Он ти­хо усмех­нул­ся. Ше­лест оде­я­ла — он по­вер­нул­ся на бок, ли­цом ко мне. Я про­дол­жа­ла смот­реть в по­то­лок, бо­ясь по­вер­нуть го­ло­ву.