Книга Иван-царевич и принцесса Нави, страница 14 – Надежда Соколова

Спа­ла я как ка­мень, тя­же­ло и без снов.

Прос­ну­лась уже по-на­сто­я­ще­му здо­ро­вая. Я слад­ко по­тя­ну­лась, за­тре­щав ко­стяш­ка­ми, и с на­сла­жде­ни­ем по­чув­ство­ва­ла, как си­ла рас­те­ка­ет­ся по мыш­цам. Ре­ши­тель­ный план со­зрел мгно­вен­но: по­мыть­ся, по­есть и устро­ить охо­ту на ма­вок и упы­рей. Иде­аль­ный спо­соб раз­мять­ся и вы­ме­стить на­ко­пив­ше­е­ся раз­дра­же­ние.

Так я и по­сту­пи­ла. При­ве­ла се­бя в по­ря­док, на­де­ла удоб­ный по­ход­ный каф­тан, в гор­ни­це быст­ро умя­ла та­рел­ку ка­ши, де­мон­стра­тив­но иг­но­ри­руя пу­стое ме­сто на­про­тив. Сла­ва тьме, Ива­на еще не бы­ло.

И вот, про­ве­ряя за­точ­ку охот­ни­чье­го но­жа, я уже вы­хо­ди­ла на крыль­цо, как сбо­ку раз­дал­ся до бо­ли зна­ко­мый го­лос:

— Ку­да это мы так бод­ро, Але­на? Один на один с мест­ной фа­у­ной со­бра­лась? Не бо­ишь­ся?

Я за­мер­ла, мед­лен­но по­во­ра­чи­вая го­ло­ву. Иван сто­ял, при­сло­нив­шись к ко­ся­ку две­ри, со сво­ей веч­ной ух­мыл­кой. Он был уже одет в свою по­ход­ную одеж­ду и вы­гля­дел чер­тов­ски со­бран­ным.

— А те­бе ка­кое де­ло? – про­ши­пе­ла я. – Си­дел бы на кухне, бли­ны упле­тал.

— Да как-то неспо­кой­но, – он от­толк­нул­ся от ко­ся­ка и сде­лал па­ру ша­гов ко мне. – Те­бя од­ну в та­ком на­стро­е­нии от­пу­стить… Так ты тут все квер­ху дном пе­ре­вер­нешь. Бед­ная эта… как ее… Навь, что ли. Со­всем ра­зо­ришь. Я луч­ше за то­бой при­гля­жу. В ин­те­ре­сах мест­но­го… хм… при­род­но­го ба­лан­са.

Вот же наг­лец! Я по­чув­ство­ва­ла, как по те­лу про­бе­га­ет вол­на яро­сти. Он по­ня­тия не име­ет, что имен­но я и есть та са­мая «при­род­ная си­ла», ко­то­рая здесь всем за­прав­ля­ет! Он ду­ма­ет, я ка­кая-то за­блуд­шая аван­тю­рист­ка!

— Я пре­крас­но знаю, что де­лаю! – вы­па­ли­ла я, сверк­нув на него гла­за­ми. – И са­ма со всем справ­люсь.

— Ага, осо­бен­но ко­гда мы­шей ви­дишь, – па­ри­ро­вал он без за­мин­ки. – Нет, я пой­ду с то­бой. Так, для под­стра­хов­ки. А то на этих тво­их упы­рях всю злость со­рвешь, а они, гля­дишь, и вы­мрут по­том.

И, не до­жи­да­ясь мо­е­го от­ве­та, он спрыг­нул с крыль­ца и встал ря­дом, за­ло­жив ру­ки за спи­ну. Я по­ня­ла, что от это­го при­ли­па­лы мне не от­де­лать­ся.

Мож­но, ко­неч­но, бы­ло щелк­нуть паль­ца­ми и от­пра­вить его об­рат­но к ки­ки­мо­рам, но это вы­зва­ло бы лиш­ние во­про­сы.

Стис­нув зу­бы, я лишь фырк­ну­ла и, не гля­дя на него, ре­ши­тель­но за­ша­га­ла по тро­пе. Пусть идет. Посмот­рим, как дол­го его смерт­ная са­мо­на­де­ян­ность про­дер­жит­ся, ко­гда он уви­дит на­сто­я­щих оби­та­те­лей этих ле­сов. Мо­жет, хоть то­гда он пой­мет, с кем име­ет де­ло.

Тро­па быст­ро при­ве­ла нас на опуш­ку Ведь­ми­но­го Ле­са – ме­ста, где воз­дух гу­стел до со­сто­я­ния ки­се­ля, а ство­лы де­ре­вьев ис­крив­ля­лись в немом ужа­се пе­ред чем-то неви­ди­мым. Имен­но здесь лю­би­ли устра­и­вать свои коз­ни мав­ки.

Их бы­ло с пол­дю­жи­ны. По­лу­про­зрач­ные, с блед­ны­ми, как лун­ный свет, ли­ца­ми и пу­сты­ми глаз­ни­ца­ми, они кру­жи­ли меж­ду де­ре­вья­ми, из­да­вая тот са­мый тоск­ли­вый, за­уныв­ный вой, что сво­дит с ума пут­ни­ков. Уви­дев нас, они сме­ни­ли так­ти­ку, пес­ня пе­ре­шла в зло­ве­щий ше­пот, пол­ный лжи­вых обе­ща­ний и со­блаз­нов.