Книга Брошенная жена Черного дракона. Хозяйка Пепельной долины, страница 77 – Ангелина Сантос

— Я не могу простить вас за неё, — сказала я.

— Знаю.

— И не знаю, простила бы она сама.

— Знаю.

— То, что между нами произошло на террасе, этого не меняет.

— Не должно.

Я посмотрела на него внимательнее.

— Тогда зачем вы это говорите?

Рейнар медленно выдохнул.

— Потому что раньше я признавал ошибку перед тобой как перед человеком, который стоит сейчас передо мной.

Он указал на письмо.

— А теперь понимаю, что обязан признать её и перед той женщиной, которой уже не смогу ничего сказать.

Мне пришлось отвернуться.

Он не знал, насколько буквально это звучало.

Прежней Элины действительно больше не было.

Не в том смысле, который представлял Рейнар.

— Я не прошу тебя сделать с этим что-нибудь, — продолжил он. — Не прошу утешить. Не прошу сказать, что у меня были основания. Они были. Но их оказалось недостаточно для того, что я сделал.

Я снова посмотрела на него.

— Вы расторгли брак не потому, что она украла деньги.

— Нет.

— А потому, что решили, что она украла.

— Да.

— И не проверили то, что могло её оправдать.

— Да.

Рейнар говорил спокойно.

Но пальцы, лежавшие на столе, были напряжены.

— Тогда запомните это, — сказала я.

— Что именно?

— Если когда-нибудь снова решите, что знаете за меня, что произошло, сначала спросите.

Он посмотрел прямо на меня.

— Спрошу.

— И если ответ вам не понравится?

— Всё равно проверю.

— Хорошо.

Мне не хотелось делать этот разговор красивее.

Не хотелось заканчивать его поцелуем.

И уж тем более превращать признание вины в романтическую награду.

Поэтому я просто взяла письмо и положила в отдельную папку.

— Это пойдёт к Орену.

Рейнар кивнул.

— Да.

— Как доказательство того, что до развода Элина уже собиралась отозвать доверенность и сообщала о пропавшей печати.

— Да.

— И никому не отдаём оригинал без копии.

На этот раз он почти улыбнулся.

— Даже сейчас?

— Особенно сейчас.

Вечером пришёл Савел.

Я показала ему схему повреждённого слоя в выработке.

Мы долго сидели над картой.

— Если горячую воду теперь просто перекрыть камнем, — сказал он, — давление куда пойдёт?

— Вот поэтому ничего не перекрываем вслепую.

— Тогда отводить.

— В отдельное русло.

— Откуда?

Я показала на северную часть.

— Нужно найти место, где поток ещё не смешался с холодным. Там сделать безопасный сбор и отвести вниз отдельно от питьевой воды.

Савел помолчал.

— Большая работа.

— Очень.

— Дорогая.

— Ещё лучше.

Он усмехнулся.

— Зато потом эту воду можно будет использовать.

— Для сушильни, купальни, возможно, обогрева отдельных хозяйственных помещений.

— А поля?

— Никогда.

— Наконец-то что-то простое.

Я посмотрела на карту.

Теперь у нас был не только источник беды.

Появлялся план.

Не мгновенный.

Не дешёвый.

Но понятный.

Отделить горячую воду от холодной там, где это ещё возможно.

Не дать минерализованному потоку снова попадать на поля.

Продолжить дренаж.

Самые повреждённые участки оставить в покое.

И постепенно проверять колодцы.

Савел ушёл поздно.

Рейнар оставался в доме ещё одну ночь.

Мы больше не говорили о письме.

За ужином обсуждали балки для выработки и цену нового камня.

Потом Леста принесла первые расчёты дохода сушильни.

Оказалось, Ида уже продала часть сушёных яблок торговцу из соседнего города.

Прибыль была смешной по сравнению с затратами на медь.

Но она существовала.