Книга Руками не трогать, или как я стала богиней домашнего очага!, страница 149 – Марина Андреева

Третье — растение. Самое опасное. Живое существо, требующее заботы. Нужно было найти самое неприхотливое. Чтобы выживало при забывчивости. Суккулент. Какой-нибудь алоэ или толстянка. Зелёный, спокойный, молчаливый. И поставить его… да, на тот самый подоконник. Туда, где след. «Естественный увлажнитель и очиститель воздуха. Положительно влияет на концентрацию».

И последнее, самое смелое. «Стена интересов». Открытая полка. Не в кабинете, где всё серьёзно. В гостиной, у нового кресла. Туда нужно было перенести те самые книги — по архитектуре, искусству, тот сборник стихов. Вытащить их из общего ряда. Дать им право на отдельное существование. Объяснение: «Систематизация литературы по тематике для быстрого доступа. Освобождает место в основном шкафу для новых профессиональных изданий».

Я рисовала эскизы, улыбаясь. Я продавала ему не уют. Я продавала усовершенствование системы его жизни. Повышение КПД. Это был единственный язык, который он понимал безоговорочно. Но в моём сердце этот план назывался иначе: «Операция «Разрешить себе быть человеком».

Когда я пришла к нему с этими эскизами и прагматичными аргументами, он изучал их долго. Его лицо было непроницаемым.

— Замена освещения… требует согласования с управляющим домом, — заметил он.

— У меня уже есть его разрешение, — быстро сказала я. — Ссылалась на гигиену зрения. Он согласился.

— Кресло… — он посмотрел на эскиз. — Кожа. Практично. Не собирает пыль.

— Именно, — кивнула я.

— Растение, — он произнёс это слово с лёгкой опаской. — Оно требует ухода.

— Раз в две недели полстакана воды. Если забудете — оно просто сморщится и будет ждать. Не умрёт. Я оставлю инструкцию.

Он вздохнул. Посмотрел на эскиз полки.

— Эти книги… они не относятся к профессиональной деятельности.

— Но они относятся к вам, — мягко сказала я. — А ваша эффективность зависит от вашего состояния. Это — часть вашего инструментария. Просто другого рода.

Он замер. Потом медленно кивнул.

— Логично. Приступайте.

В тот момент, когда он сказал «логично», я почувствовала себя величайшей авантюристкой. Потому что за этим словом скрывалось его первое, крошечное «да». Не системе. Себе.

Он не ушёл. Он остался дома, работая в кабинете с приоткрытой дверью. Я чувствовала его взгляд на спине, когда с помощью приглашённого мастера-столяра монтировала ту самую полку. Каждый шаг, каждый удар молотка, казалось, отдавался в его идеальном ритме.

— Левее, — раздался его голос из кабинета, когда я примеривала полку к стене. — На два сантиметра. Иначе будет асимметрия относительно окна.

Я покорно подвинула. Он был прав. Полка легла идеально.

Когда принесли кресло, он вышел, чтобы осмотреть. Провёл рукой по коже.

— Качество приемлемое, — заключил он. — Проверьте устойчивость ножек.

Я села в кресло, покачалась. Оно было монолитом.

— Устойчиво.

Он кивнул, удовлетворённый, и вернулся к бумагам.

Самым напряжённым моментом была замена лампы в кабинете. Пришлось на время выключить свет. Он сидел в полумраке, и я чувствовала, как его раздражение нарастает, как давление перед грозой.

— Сколько это займёт? — спросил он через пять минут, и в голосе зазвенела сталь.

— Минута, — сказала я, изо всех сил стараясь, чтобы руки не дрожали. Старый светильник поддался, новый встал на место. Я включила его.