Книга Два лица смерти, страница 106 – Эжен Марсэль

Сожаление. Я почти решился подойти к девушке своей мечты. Даже сейчас, узнав о ее беременности, я бы не отступился, если бы в реальности все не складывалось до ужаса просто: Ава Твинн подверглась насилию со стороны пятерых ублюдков и решила свершить возмездие своими силами, правильно предположив, что сыновья настолько высокопоставленных чиновников не понесут должного наказания. Марта прямым текстом мне говорила, убийца — женщина, но я ее не услышал. Теперь даже гипотетическое совместное будущее казалось невозможным. Я коп, а девушка, которую я искал в толпе столько лет, вероятно, преступница.

Этим «вероятно» я жаждал оправдать Аву. К тому же я не считал, что такое хрупкое создание, как она, в состоянии справиться с Дональдом Трикстером, даже если он находился под воздействием алкоголя. И я никак не мог представить, каким образом она сумела хладнокровно убить еще четверых здоровых парней, будучи беременной. Поэтому у меня в голове крутилась лишь одна версия: убийства были совершены кем-то из родственников или близких знакомых Авы.

Все эти мысли и эмоции бурлили во мне, заставляя чувствовать себя ничтожеством. Вчерашний Я непременно бы возразил: «А как же тот факт, что жертвы убиты схожими способом и орудием?» Сейчас я склонялся к тому, что в действительности это простое совпадение. Правда, оставались метки, мое «бесспорное» доказательство связи двух серий, разделенных полувековым периодом, однако и ему, скорее всего, вскоре найдется разумное объяснение. В конце концов, Чистильщик — не единственный маньяк в истории, оставлявший метки на жертвах.

Когда бутылка опустела, я принял твердое решение разобраться в деле об убийствах в Сиэтле самостоятельно.

— А начать стоит с биографии членов семьи Твинн. И кто же мне добудет нужную информацию, как не Марта? Она же лучшая в своем деле.

Я уже потянулся к телефону, но тут мой проспиртованный мозг вспомнил о разнице во времени — в Питтсбурге сейчас глубокая ночь.

* * *

Утром следующего дня я чувствовал себя так, словно меня переехал грузовик, хотя никаких физических сверхусилий не предпринимал.

— Дьявол, странная реакция на виски. Головная боль и неприятный вкус во рту были ожидаемы, но боль в мышцах — это что-то новое.

Я пошел бриться, и вдруг при взгляде в зеркало меня пронзило озарение. Из бара я отправился… на озеро Юнион, и там зачем-то со скандалом и тыканьем полицейского значка потребовал лодку для проведения следственных мероприятий. Какую сумасшедшую версию я проверял, неизвестно, зато понятно, откуда столь плачевное состояние.

После двух чашек кофе мне стало значительно легче, и я позвонил Марте.

— Привет, Марта! Как дела? Как муж, дети?

— Джек, говори прямо, что тебе нужно. Вряд ли ты звонишь исключительно для того, чтобы узнать, все ли в порядке с моими близкими, но все равно спасибо.

— Мне нужно полное досье на одну семью, поможешь?

— Это касается дела, из-за которого ты укатил в Сиэтл?

— Да, Марта, и это очень-очень важно и секретно.

— Лучше бы ты девушку себе нашел, а не разгребал убийства на чужой земле.

— Я почти.

— Что ты сказал? Плохо слышно. Мне показалось, ты сказал, тебе наконец-то кто-то приглянулся!

Уровень децибелов в голосе Марты повысился вдвое.

— Тише, не кричи так.

— Я хочу — нет, я требую — немедленного отчета! Кто она? Откуда? Как выглядит?