Книга Фикус знает правду, страница 52 – Алеся Кузнецова

— Он вроде бы всегда на столе стоял… Хотя, если честно, не помню. — снова соврала я, — На время отпуска она могла его куда-нибудь в стол или шкаф убрать.

— Даже если и покупали, вряд ли бы наша «подарочная» стала им пользоваться.

— Сирена! — я постаралась посмотреть на нее как можно строже.

Потому что видела Марину в деле. И в тот момент она была без макияжа, без мужа и без привычной роли «подарочной», идущей в нагрузку к кредиту. Теперь я понимала, что Марина Гранова соображала быстрее, чем говорила, но никогда не показывала своих возможностей на людях. Все привыкли, что она красивая кукла, и Марина никого не разочаровала. Но должна же она была чем-то заниматься в кабинете за закрытыми дверями, когда ее никто не видел.

Сирена попыталась что-то ляпнуть насчет того, что она могла использовать ноутбук только как подставку под маникюрную лампу, но, увидев мои сведенные брови, тут же опомнилась.

— Поняла, уже иду, — не стала спорить она.

Оставшись одна, я полазила в шкафчике с банками кофе, сахаром и чайными пакетиками, обнаружила наконец какао и заварила себе его. Сирены долго не было, но вернулась она с ноутбуком в руках и с нескрываемым удивлением на лице.

— Я полазила в ящиках. Честно говоря, была уверена, что она его даже не достала из упаковки. Но…

— Но он в рабочем состоянии, и ты наткнулась еще на что-то, — кивнула я на пачку каких-то распечаток в руках помощницы.

— Возможно, вам тоже понадобится, — неуверенно начала Сирена.

Я забрала компьютер и уже хотела открывать его, как вдруг спохватилась, что не знаю пароля.

— Сирена, а принесите мне еще и личное дело Марины Викторовны. Оно же должно быть в отделе кадров.

Через десять минут я выписала все возможные даты из личной карточки Марины Грановой, а еще через пару не сдержала улыбки, когда ноутбук отозвался на дату рождения Маринкиных детей и наконец загрузился.

Вчера у меня возникли подозрения по поводу того, кто был тем человеком, который бронировал настоящие билеты для нашего шефа. Но ноутбук Марины не просто подтверждал мои догадки, а давал щедрую информацию для размышлений.

Мы все недооценивали Марину. Но Верещагин учился с ней и наверняка знал, что она умнее, чем пытается казаться. Возможно, для Марины это стало способом выживания в мире мужа. И кто бы ее за такое осудил? В любом случае точно не я. Мне и самой не раз приходилось «притворяться мертвой», как смеялась в спокойные минуты Сирена.

Я не стала читать все подряд и просто скользила глазами. Папки назывались нейтрально и аккуратно: «Логистика», «Бронирования», «Черновики». Внутри находились файлы с датами, короткие таблицы, цепочки писем без лишних слов. Адрес электронной почты был не нашим корпоративным, а созданным отдельно. Значит, у Марины были задачи, о которых остальным не следовало знать.

Фамилия шефа мелькала почти в каждом документе, но не в заголовках, а внутри документов. Бронирования, регистрации на рейс, отели… даже договоры. В документах был идеальный порядок. Такого не было даже у меня.

— Ну, Маринка… — подумала я и подошла в раздумьях к окну.

В документах было видно, что работа шла без спешки. Пока мы все обсуждали в курилке, чем «подарочная» Марина развлекает себя в течение рабочего дня, та работала тихо и скрупулезно над документами, к которым никто, кроме нее и генерального, не имел доступа.