Книга Голоса в комнате эхо, страница 134 – Влада Ольховская

Он прекрасно помнил, что ему велели не трогать профайлеров. И он совершенно искренне согласился, но в момент, когда речь шла просто об очередном деле. Теперь на кону оказалось нечто большее… Да и вообще, если вдруг с этой девочкой или Дембровским произойдет несчастный случай, кто свяжет это с уважаемым адвокатом? Потому такое и зовется случаем – никто ни в чем не виноват!

Господин Юпшиц готовился изменить свои планы.

* * *

Во время лекции случился пожар. Николай Форсов не был удивлен, он даже считал, что с этим пожаром они затянули.

Лекции он давал редко, под настроение, но никогда не сомневался в том, что зал будет полон. Переполнен даже – людьми, готовыми сидеть на ступеньках и подоконниках, если он разрешит. При этом внимавшая ему аудитория наверняка верила, что он ни к кому не присматривается, для него все эти слушатели – просто безликая массовка.

Отчасти это было верно: то, что он не присматривается ни к кому конкретному. Но не потому, что никто из этих людей не имел значения, а потому, что все они имели равное. Для Николая это было не хобби даже, а способ почувствовать, что он еще не потерял хватку. Во время лекций он успевал обвести взглядом всех, кто собирался в зале, и о каждом составить хотя бы минимальное впечатление.

Именно поэтому он очень быстро обнаружил среди обычных увлеченных слушателей чужеродный элемент. Мужчина лет сорока пяти, рост определить сложно, пока он сидит, но в соотношении с людьми рядом – средний или чуть выше, скорее всего. Телосложение плотное, рискующее в любой момент обернуться полнотой. Мужчина держит это под контролем, но в мускулатуру не превращает, то ли времени нет, то ли неохота. Костюм очень дорогой, подобран со вкусом, не кричащая роскошь, а нужная информация для ценителя. Внешность банальная, пожалуй, даже грубоватая, навевающая ассоциации с «братками» ушедшей эпохи, однако взгляд умный, этого человека не стоит недооценивать.

Он не слушал лекцию, он рассматривал Николая точно так же, как психолог рассматривал его. В какой-то момент Форсов позволил их взглядам встретиться – не та случайность, из-за которой кто-нибудь вздрогнет и охнет, скорее, осознанное приветствие, которое тот человек понял и принял.

Николай еще не знал его имя, но уже понимал, кто это. Он не был уверен, что этот человек придет, однако допускал такую возможность. Это одно из прогнозируемых последствий той провокации, которую он устроил в казино. Он ясно дал понять, что не готов воспринимать Ирину как полноценную сторону переговоров, ему нужен настоящий хозяин.

Теперь этот хозяин откликнулся. Ну а то, что Николаю не позвонили и не договорились о встрече, намекало, что нужно ждать какой-нибудь демонстрации. Так в итоге и получилось.

Когда зазвучала пожарная тревога, люди сначала замерли, потом поспешили к выходу. Николай не спешил никуда. Он дождался за кафедрой, когда зал опустеет. То, что за это время к нему не подскочили организаторы лекции и не попытались спасти «светило мировой психологии», тоже намекало на постановочность ситуации. Хотя кому нужны намеки, если тот самый мужчина тоже остался на своем месте?

Николай сам подошел к нему. Не в качестве уступки и уж точно не из-за страха, страха он как раз не чувствовал. Причина была совершенно бытовая: за кафедрой неудобно общаться.