Книга Раб, страница 71 – Полина Ром, Дмитрий Лим

Ког с сомнением посмотрел на пастуха.

— Ждем, — старик говорил еле слышно. — Она выжидает… Чует твой страх…

Ког медленно нагнулся, продолжая сжимать ветку и поджигая еще одну. Прошла, казалось, целая вечность, прежде чем тишина вновь была нарушена. На этот раз не шорохом в кустах, а свистящим шипением, которое в миг разнеслось по округе, заставив овец в панике забиться в самую дальнюю часть загона. Ког вздрогнул и чуть не выронил горящую ветку от неожиданности. Осыпал себя искрами и громко выругался, уже не скрываясь.

Я крепче сжал рукоять плети, сердце бешено заколотилось в груди, отдаваясь гулом в ушах. В горле пересохло почти мгновенно, и я гулко глотнул, стараясь сбить сухость.

Старик медленно достал из-за пояса нож. Он больше не смотрел в сторону кустов, его взгляд был прикован к загону с овцами. Что-то привлекло его внимание: что-то, чего не видели мы. Он сделал несколько шагов вперёд, приближаясь к ограде, и вдруг замер как вкопанный. Через миг его голос окончательно разорвал ночную тишину:

— Это не морон!

Пастух начал пятиться к костру медленно, стараясь не делать резких движений. Посох он бросил, а в руке держал свой нож.

Из кустов буквально «вылетела» гигантская ящерица. Она двигалась с невероятной скоростью, гибко и практически бесшумно скользя по земле. Чёрная чешуя, казалось, поглощала свет костра, крепкая и очень длинная шея, напоминающая здоровую змею, заканчивалась головой размером с две человеческих. В слабом свете костра показалось, что глаза её мигнули жёлтым огнём…

Монстр был шестилапый, высота тела — почти до пояса мне, а ещё длинный, толстый, но гибкий хвост, которым скотина мотыляла из стороны в сторону, не давая подойти к ней сзади. Она мотнула хвостом, задев кустарник у ограды и легко, как сухие прутья, подрубив те самые ветки, которые мы отдирали с таким трудом. В загоне истошно вопили овцы, и ор стоял такой, что казалось, будто тварь двигается бесшумно.

В моменте, когда я окончательно охренел и невольно отступил назад перед этим бешеным рывком, ящерица прыгнула — и в следующий момент старик уже лежал на земле, похоже, оглушённый ударом, а она яростно трясла его, словно тряпичную куклу, и полосовала когтями, не обращая пока внимания на меня и застывшего с горящими ветками Кога. Нож валялся так близко от морды твари, что я не мог заставить себя подобрать его.

Вдруг, словно сквозь пелену, окутывающую сознание, до меня донесся приглушённый стон: старик был ещё жив!

Инстинктивно я сделал шаг вперёд. Тварь разинула пасть неимоверно широко и начала заглатывать его целиком, буквально натягивая себя на его тело, начиная с головы деда, словно огромный питон. Она постепенно всасывала тело старика в себя…

Зрелище было отвратительным и ужасающим.

Понимая, что это — мой единственный шанс, я рванул к монстру и хлестнул плетью раз и другой. Скотина, кажется, даже не заметила! Зато я набрался храбрости, сдвинулся вбок и подхватил с земли дедов нож.

В данный момент тварь заглотила почти четверть тела пастуха, и её длинная шея почти лежала на земле под тяжестью добычи, но там, где в горле твари находилась голова старика, было видимое вздутие, а следом — плавный переход в шею обычной толщины. Я резанул там кинжалом деда, но безрезультатно: кажется, даже шкуру толком не процарапал.