Книга Тьма у трона, страница 226 – Элиот Лилит

«Да не выдумываю ли я это все?»

Может, мать не зря беспокоилась и он все-таки сошел с ума? Сидит в палатке посреди заснеженного поля и слушает басни гадалки, которая знает о нем то, что никак знать не может. Алексей сказал бы, что это похоже на сон, да только его сны были гораздо ближе к реальности.

— Откуда вы знаете, что они не сбылись? Эти предсказания, которые вы слышали?

Алексей скривился.

— Да потому что будущее невозможно предсказать.

— Будущее одного человека – может быть. Но когда тысяча воль складывается воедино, разве это не проливает свет на грядущее?

Алексей помотал головой.

— Я знал человека, который с ходу привел бы вам с десяток парадоксов, возникших бы, если бы будущее в самом деле можно было увидеть. Я рядом с ним – деревенский неуч, но и мне ясно, что…

Еще три, нет, четыре карты спорхнули с тасующих их рук и приземлились перед ним. Не обращая внимания на снова выпавший черный силуэт вальта и такой же, но в короне, на пиковом короле, Алексей протянул руку к слипшемуся с другой картой червовому королю. Вздрогнул – ноздри забил густой ржавый запах, и на миг показалось, будто карты склеены кровью. Но нет – за кровавое пятно на другой карте он принял красную фигуру другого короля, и ее очертания были совсем не такими бесформенными, как ему сперва показалось в полумраке. Пожалуй, даже изящными.

Алексей опустил взгляд и вздрогнул. На том месте, с которого он подобрал червовые карты, уже лежала новая – трефовая пятерка с жирным черным пауком. Поверх нее тут же слетела трефовая четверка с крылатой богиней, воздевшей меч одной рукой, а другой – удерживающей весы. Немезида.

— Вы только бросаете карты, – голос Алексея звучал уже совсем не так уверенно. – Как насчет объяснить мне, что все это значит?

— Так теперь вы уже верите, что будущее можно объяснить?

Снова пики – щит и копье на черной семерке. Пиковая дама с едва различимой за вуалью улыбкой. И потом – пиковый туз: почти как обычный, только сама карта была черной, а буквы и значок масти посреди нее – белые.

В ушах зашумел темный прибой. Алексей попытался встать, но тело не слушалось. Конечности налились тяжестью, разум кружил дурман. Раскрыв глаза, он смотрел, как паук выбирается из-под придавивших его карт и, дергано переставляя изломанные лапки, бредет к его безвольным пальцам. Алексей несколько раз моргнул, но мираж не спешил исчезать. Наоборот – из чернильного наброска становился все более плотным.

Это все запах. Ведьма отравила его своими ядовитыми травами. Алексей снова попытался вскочить, но мир зашатался, а тени сошлись в такой бешеной пляске, что превратили стены в переменчивый калейдоскоп.

— Как же вы боитесь будущего… Но оно все равно придет. Ведь вы это знаете? Можно заковать время в ржавые цепи, но рано или поздно оно разобьет любые оковы.

Он это уже слышал… А может, и теперь слышал ее – призрак прошлого с застрявшими в волосах снежин- ками.

— Прошлое уже позади, – сказал мягкий шепот в его ушах. – Оно принадлежит им, – юркие пальцы шкрябнули по черно-белому тузу. – Тьме и свету. И будущее тоже. Ну а нам остается самая малость. Настоящее.

Она вдруг оказалась очень близко, и ткань, прячущая улыбку, упала, открывая молодое смешливое лицо. Тени плясали на стенах все исступленнее, пряные волны били в ноздри все гуще, и лапки паука мягко щекотали ладонь, а шелковые кудри – его щеку.